Подскакиваю к нему, пинком отстраняя от сероватой машины трудноопределимой марки. Дверца была уже открыта, вырываю из нее ключи, подмигивающие мне потертым брелком с котиком. Кое-как втискиваюсь в салон со всей своей снарягой, захлопываю дверцу. Проворот ключа зажигания, рычание двигателя, переключение передач, сцепление, вжимаю педаль газа в пол, намертво вцепившись в баранку руля. Покрышки взвизгнули по асфальту и понесли стальной гроб куда-то вдаль по освещенной разгорающимися пожарами дороге.
Переключаю вторую передачу, что-то скрежетнуло внутри кузова, отдаваясь лязгом под капотом, но мне похуй, тачка не моя и нужна мне ненадолго. Два квартала, поворот. Дома горят ярко. Выворачиваю на широкую улицу, машин почти нет, в окнах мелькают бледные овалы испуганных лиц. Смазанные силуэты в переулках. Мчусь на предельной для ведра с болтами скорости. Три квартала. Мимо, сверкая мигалкой, промчалась скорая. Спустя сорок секунд пожарная машина, оперативно работают. Бью по педали тормоза. Авто заносит в сторону под надрывное скрежетание тормозных колодок и вой дымящихся колес. Я не пристегнут, меня бросило на руль, но броня самортизировала. Открываю дверцу и вываливаюсь наружу. Перехватываю винтовку, держу правой рукой, в левую хватаю "Glock" срываюсь на бег. Поворот. Да, помню еще что где расположено. Время устраивать настоящие гангстерские войны, с блэкджеком и шлюхами.
Навожу М16 на мощное здание полицейского участка, перед ним кучками суетятся копы, спешно грузящиеся в машины. Вижу группу быстрого реагирования, серьезные парни при серьезной экипировке. Очередь одиночным по ним, потом по самому участку. Автомобили выворачивает наизнанку гнойным нарывом огня, разбрасывающего во все стороны куски перекрученного металла. Людей размазывает по асфальту. Они горят и кричат. Им отрывает руки и ноги, сдирает мясо с костей, расщепляет скелеты. Ударная волна впечатывает кожаные мешки в стены ближайших зданий. До меня долетают отголоски жара, не способного пробиться сквозь скорлупу "Рейдера". Стекло в окнах стекает вязкой жижей на раскаленный асфальт. Вход завалило кусками треснувших стен. Бетон горит. Не плавится, но горит.
Мавр сделал свое дело - мавр может идти.
Примечание автора:
* - SAMURAI - Never Fade Away/ Cyberpunk 2077 OST
Глава 11. Четвертое - в бою участвуют лишь двое
Я бегу подворотнями. Подошвы сапогов чавкают по грязи и лужам, брызжа во все стороны веерами мутной воды. Крысоловы-наблюдатели исправно передавали мне в мозг последние новости - горели не только места, где я побывал, горел весь Бруклин. Я стал катализатором, запустившим молниеносную цепную реакцию, пламя бессмысленной и беспощадной резни давно тлело в сердцах местной шушеры, а ублюдки всех мастей прочно укоренились в теле города, выползая на свет стихийного бунта слепыми трупными червями. Определенной части криминального контингента, в особенности, наделенного суперспособностями, даже веского повода не нужно, чтобы начать бойню, а тут такое совпадение - Амбал мертв и кто-то начал носиться по городу, взрывая здания, грех не поучаствовать. Налет цивилизации удивительно быстро слетает с человеческой грязи, обнажая кровожадный оскал голодных варваров, к которому пикантным гарниром добавляется форсирование планов таких ребяток вроде культистов, чьи щупальца пронизывали особо горючие местечки нашей помойной ямы. Крысоловы засекли мутные телодвижения основной массы Церкви Древних богов, их боевики, доукомплектованные монстрами, вырывались на улицы, ну и рассекречивание разрозненных ячеек наподобие старины Галлахера, куда уж без этого, безумных гениев хлебом не корми, дай только влиться во всеобщий хаос, под шумок которого можно своровать пару-тройку свежих еще дышащих человеческих тел. Они выползали из своих нор и убивали, пулей, ножом, магией и ручными зверушками - не у одного любителя клонов был свой Охотник.
Коктейль Молотова влетает в витрину кафешки, вмонтированной в первый этаж пятиэтажного монстра из стекла и железобетона. Звон разбитого стекла. Тускло поблескивающее в огне мелкое крошево пополам с крупными осколками. Пламя облизывает пол и стены, перекидывается на стулья и столики, жадно вгрызается в стойку приема заказов и расположенное за ней меню во всю стену.