— Добро пожаловать домой, Маркус, — раздался до омерзения знакомый голос с легким немецким акцентом.
Барон Штрукер выглядел точно так же, как на том видео в Соковии: спокоен, собран, с холодным взглядом хищника, который наконец-то загнал свою самую ценную добычу.
Но мой взгляд был прикован не к нему. Из-за его спины вышла девушка в темном плаще. Пепельные волосы, тонкий шрам над левой бровью. В ее руках не было сигареты, а на лице не осталось и следа той расслабленной, слегка циничной наемницы, с которой мы разговаривали в ангаре у реки Сава.
— Аня, — хрипло выдохнул я. Горло пересохло, голос звучал чужой и надтреснутый.
Она остановилась рядом со Штрукером, сцепив руки за спиной в идеальной военной стойке. Ее серые глаза смотрели на меня абсолютно равнодушно.
— Агент Кросс, если быть точным, — поправил меня барон, растянув губы в снисходительной улыбке. — Ты действительно думал, что сможешь просто уйти? Что твоя маленькая прогулка по горам останется незамеченной?
В голове начали со щелчком складываться фрагменты пазла. Контрабандисты, внезапное нападение конкурентов, визитка, загадочный Наводчик с синтезированным голосом. Это не было удачным стечением обстоятельств. Это был коридор, по которому меня вели, как лабораторную крысу по лабиринту.
— Белград… — процедил я, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость. — Все эти заказы. Казино, торговец оружием.
— Серия стресс-тестов, — ровным, безжизненным тоном подтвердила Аня. Ее голос больше не казался живым, он был холоднее стали, которой меня сковали. — Барону нужны были точные данные о твоих новых боевых возможностях. Мы стравливали тебя с местным мусором, чтобы замерить скорость регенерации, плотность мышечных волокон и тактический интеллект. Ты превзошел все ожидания.
— Бункер был финальным экзаменом, — продолжил Штрукер, медленно прохаживаясь перед моим столом. — Я не мог позволить своим лучшим людям ловить тебя вслепую в лесах Соковии. Мы подготовили идеальную приманку. И ты заглотил ее, Маркус. Ты сам пришел в нашу самую укрепленную ловушку, ослепленный ненавистью и жаждой легких денег на американскую мечту. Да Винчи, к слову, не существует.
Я зарычал, рванувшись вперед изо всех сил. Мышцы, усиленные сывороткой, вздулись, вены на шее выступили канатами. Стальной стол жалобно скрипнул, но скобы, удерживающие меня, даже не дрогнули. Толщина металла была минимум в три пальца, а система фиксации, судя по гулу, была магнитной. Они знали, насколько я силен, и подготовились идеально.
— Побереги силы, — хмыкнул барон, наблюдая за моими тщетными попытками вырваться. — Эти фиксаторы рассчитаны на удержание мутантов покрепче тебя. Твоя впечатляющая сила здесь не поможет. В прошлый раз я недооценил твой потенциал. Теперь никаких баков с жидкостью и никаких ошибок. Мы будем препарировать тебя в сознании, шаг за шагом, пока не поймем, откуда взялась эта аномалия.
Штрукер кивнул Ане.
— Подготовьте хирургическую бригаду. Начнем с забора костного мозга.
Она коротко кивнула и направилась к выходу, даже не обернувшись в мою сторону. Штрукер последовал за ней. Дверь с шипением закрылась, оставив меня одного в тишине стерильной операционной.
Они думали, что выиграли. Думали, что раздели меня, лишили брони и приковали к столу, то я снова стал их вещью.
Я перестал вырываться, успокоил дыхание и закрыл глаза, обращаясь вглубь себя.
Энергия Сингулярности: 0 %.
Всё было потрачено на тот самый навык адаптации. Но он не исчез бесследно. Я прислушался к своему телу. Странный зуд на обожженном плече стих. Ожоги от тяжелой плазмы не просто затягивались — кожа там меняла свою структуру, становясь более плотной, приобретая едва заметный темный оттенок. Она больше не была обычной.
А затем перед мысленным взором вспыхнула долгожданная строчка системы:
[ «АБСОЛЮТНАЯ АДАПТАЦИЯ» — Активна]
[Анализ завершен: Нейротоксин усыпляющего газа «Гидры»]
[Результат: Полный иммунитет выработан. Токсин выведен из кровеносной системы.]
[Анализ завершен: Ожоги от плазменного излучателя]
[Результат: Структура эпидермиса перестроена. Устойчивость к энергетическому урону повышена на 40 %.]
Мои губы сами собой растянулись в хищной, злой усмешке.
Адаптация не работала мгновенно, это правда. И я заплатил за это своей поимкой. Но Штрукер не учел одного — я больше не человек, которого можно просто запереть в клетку и изучать. Мой организм учится на каждой их ошибке, на каждом нанесенном мне ударе.
Пусть несут все свои скальпели. Пусть готовят свои буры для забора моего костного мозга. Если они думают, что скобы смогут удержать того, чье тело прямо сейчас эволюционирует, чтобы пережить саму смерть…