Мы скользнули в комнату.
Салим Насир спал на широкой кровати под балдахином. Видимо, скрип замка все же разбудил его. Он резко распахнул глаза и метнулся рукой под подушку, где наверняка лежал пистолет.
Но он был обычным человеком. А я — нет.
Я оказался у кровати быстрее, чем он успел вытащить оружие. Моя рука железной хваткой впечатала его лицо обратно в матрас, а вторая сдавила запястье так, что он взвыл от боли, выпустив пистолет.
— Доброй ночи, Салим, — прошептал я ему на ухо, пока Наташа профессионально вкалывала в его шею мощный седативный препарат.
Торговец оружием дернулся еще пару раз, его глаза закатились, и он провалился в глубокий, искусственный сон.
Я закинул обмякшее тело Насира на плечо. Для меня он весил не больше пуховой подушки.
— Чисто сработано, — негромко произнесла Наташа, скачивая данные с личного ноутбука торговца на свою флешку.
— Я же говорил, что мы сработаемся, — ответил я.
Мы покинули лагерь тем же путем, не подняв тревоги. Первая официальная миссия прошла безупречно. Я доказал Фьюри, что могу быть полезным. И, что не менее важно, я показал Черной Вдове, что мне можно доверять спину.
Обратный полет над Атлантикой прошел в куда более расслабленной атмосфере, чем наш путь туда. Салим Насир, накачанный лошадиной дозой транквилизаторов, мирно пускал слюни в специальном изоляторе сверхзвукового джета, пока все данные с его личного ноутбука надежно покоились на флешке в кармане Наташи.
Мы сидели друг напротив друга, прислушиваясь к мерному гулу турбин. Напряжение, висевшее между нами с момента знакомства, немного спало. Вдова методично перебирала детали своего пистолета, но ее движения больше не были демонстративно-агрессивными. Она поняла главное, я не маньяк-одиночка, который при первой возможности сорвет операцию, а человек способный работать в команде.
Я отпил горячий кофе и прикрыл глаза, чувствуя, как тело расслабляется после короткой стычки. Первая совместная работа прошла безупречно. Я доказал Фьюри, что могу быть полезным, а Черной Вдове, что мне можно доверить спину.
Оставалось лишь надеяться, что наш одноглазый наниматель прямо сейчас не готовит мне ловушку.
POV: Ник Фьюри
Секретный бункер глубоко под фундаментом Трискелиона, о существовании которого не знал даже Совет Безопасности, был погружен в полумрак. Единственным источником света служило холодное, голубоватое свечение десятков мониторов.
Ник Фьюри сидел в кресле, уперев локти в стол и сцепив пальцы в замок перед лицом. Его единственный глаз неотрывно следил за бегущими по экрану строчками текста, графиками и финансовыми транзакциями.
Александр Пирс. Джаспер Ситуэлл. Сенатор Стерн. Джон Гаррет…
Каждое имя в этом списке отзывалось глухим ударом где-то под ребрами. Это были не просто имена. Это были его люди. Его начальники, его подчиненные, его друзья. Те, с кем он пил скотч, планировал операции и кому доверял безопасность всего гребаного мира.
Фьюри тяжело выдохнул, чувствуя, как к горлу подступает тошнота, смешанная с ледяной, всепоглощающей яростью. «Гидра». Организация, которую они считали уничтоженной десятилетия назад, не просто выжила. Она мутировала. Она пустила метастазы в самое сердце Щ.И.Т. а, питаясь его ресурсами, его секретностью, его кровью. Они росли внутри них, как паразит, терпеливо дожидаясь своего часа.
Он не спал уже четвертые сутки с того самого момента, как этот загадочный снайпер в маске передал ему флешку на туманном пирсе острова Рузвельта. Фьюри проверял данные. Перепроверял. Искал несостыковки, надеясь, что это искусная подделка, провокация спецслужб или злая шутка. Но факты были упрямой вещью. Счета на Кайманах сходились. Секретные протоколы перемещения оружия тоже. Это была чистая, неприкрытая правда.
Директор Щ.И.Т. а отвел взгляд от списка предателей и переключился на соседний монитор. С него на Фьюри смотрело лицо бледного, худощавого парня с уставшими глазами.
Маркус Майерс. Так он назвался.
Фьюри никогда не верил в призраков, появляющихся из ниоткуда с подарками, способными обрушить мировой порядок. Пока алгоритмы дешифровки грызли защиту флешки, личные ищейки директора, не числящиеся в базах Щ.И.Т. а, рыли землю носом. Они прогнали биометрию и слепки лица «Майерса» через все доступные мировые базы данных.
Ответ пришел быстро. Совпадение 99,8 %.
Настоящее имя — Маркус Эйзенхардт. Гражданин Германии, родился в Нюрнберге. Абсолютно чистое досье. Никаких приводов, никаких связей с радикалами. Студент, пацифист, волонтер. Несколько месяцев назад он отправился с гуманитарной миссией в Восточную Европу… и бесследно исчез на территории Соковии.