Отправка Барнса была вынужденной мерой, актом отчаяния, в котором Пирс никогда бы не признался вслух даже самому себе. Зимний Солдат должен был поставить точку в этом затянувшемся фарсе, выследить цель, и ликвидировать, принести тело на базу для дальнейшего исследования этой аномалии и вернуться в криокамеру до следующего приказа. Последний рапорт поступил неделю назад — короткий текстовый код, подтверждающий визуальный контакт с Маркусом.
А потом сигнал оборвался.
Пирс вскочил на ноги, с грохотом отшвырнув кресло к стене, и принялся мерить шагами кабинет, отбрасывая длинную тень на ворсистый ковер. Дыхание сбилось, дорогой шелковый галстук вдруг показался грубой удавкой на шее, и он раздраженно ослабил узел, чуть не вырвав пуговицу на вороте рубашки. Ситуация стремительно выходила из-под контроля, превращаясь в катастрофу библейских масштабов. Если Маркус сумел не просто пережить встречу с лучшим киллером столетия, но и каким-то образом нейтрализовать его… От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок, заставивший Александра зябко передернуть плечами.
Что, если Барнс сейчас находится в руках этого психопата? Что, если они прямо сейчас вскрывают ему черепную коробку, извлекая коды доступа, пароли к серверам, координаты оставшихся баз и списки агентов внедрения? Вся империя, которую он строил десятилетиями, улыбаясь в объективы камер и пожимая руки сенаторам, могла рухнуть в любую секунду из-за одного-единственного неучтенного фактора. Она уже сейчас трещала по швам, но шанс все восстановить был.
Он остановился напротив зеркальной панели, встроенной в стену, и уставился на свое отражение. Безупречный костюм, аккуратно уложенные седые волосы, маска респектабельного государственного деятеля высшего звена — сейчас все это казалось жалким карнавальным нарядом, скрывающим загнанного в угол зверя, готового перегрызть глотку любому, кто приблизится. Мышцы челюсти сводило от напряжения до тупой боли, в глазах плескалась неприкрытая паранойя, смешанная с острым желанием убивать голыми руками. Ему нужно было действовать, поднимать по тревоге, задействовать спящих агентов в правительстве, перекрывать кислород всем спецслужбам, заливать улицы кровью, пока этот ублюдок не добрался до него.
Пирс резко развернулся и шагнул к столу, намереваясь активировать протокол полного уничтожения на случай утечки данных, когда коммуникатор правительственной спецсвязи вдруг издал пронзительный, режущий слух писк.
Александр замер, не донеся руку до сенсорной панели, и уставился на мигающий красный диод, чувствуя, как желудок мгновенно скручивается в тугой болезненный узел. Медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление плотной толщи воды, он потянулся к кнопке приема и с силой впечатал ладонь в холодный пластик.
— Сэр, — голос Рамлоу в динамике звучал глухо, то и дело прерываясь на тяжелое сбитое дыхание и треск статических помех, — у нас код черный на объекте. Он здесь.
Ключи с глухим лязгом отскочили от деревянной тумбочки и упали на пол, но я даже не подумал за ними нагибаться. Стянув через голову пропахшую дорожной пылью и сыростью толстовку, швырнул ее в сторону дивана, чувствуя, как одеревеневшие после долгой поездки мышцы спины наконец-то начинают расслабляться. Визит к Людям Икс и копание в искалеченном разуме Барнса вытянули из меня столько моральных сил, что единственным желанием сейчас было рухнуть на кровать и проспать сутки напролет.
Тишина лофта обволакивала, но продлилась она ровно до того момента, как я потянулся к ручке холодильника. Черный защищенный коммуникатор, покоящийся на кухонном острове, завибрировал с агрессивной настойчивостью, заставляя столешницу противно дребезжать. Я смотрел на него пару секунд, борясь с искушением просто раздавить этот кусок пластика и пойти спать.
— Надеюсь, Фил, ты звонишь, чтобы предложить бесплатную путевку на Гавайи, — глухо произнес я, прижимая аппарат к уху и свободной рукой вытаскивая из холодильника ледяную банку колы.
— Боюсь, Гавайи придется отложить, Майерс, — голос Колсона в динамике звучал совершенно иначе, чем обычно. В нем не осталось ни капли той фирменной, отстраненно-вежливой мягкости. Это был тон человека, который прямо сейчас смотрит в оптический прицел. — Мы нашли его. Конспиративный объект, переоборудованный под полноценный бункер и затерянный в лесах Мэриленда. Александр Пирс там.