Минуту спустя холл был залит кровью и густо усеян дымящимися гильзами. Я брезгливо стряхнул с костяшек ошметки чужого кевлара и глубоко втянул носом сизый, пропахший порохом и озоном воздух. Адреналин всё еще кипел в венах, требуя продолжения банкета, пальцы непроизвольно сжимались в кулаки.
И тут рация снова ожила.
— Майерс, отбой, — голос Вдовы звучал буднично-спокойно, а на фоне отчетливо лязгнул металл застегивающихся наручников. — Пирс взят. Клиент упакован и готов к транспортировке.
Глава 26
Пирса мы упаковали предельно быстро и без лишних сантиментов. Поначалу старик пытался сохранять мину уязвленного аристократа — даже когда Вдова защелкивала на его запястьях тяжелые магнитные браслеты. Но вся его спесь мгновенно улетучилась, стоило мне закинуть его на плечо, словно куль с картошкой. Мы загрузились в тот самый квинджет, на котором я прилетел, швырнули связанного архитектора Гидры на ребристый пол десантного отсека и рванули на временную конспиративную базу. На этот раз за штурвал сел командир экипажа, то и дело бросавший на меня дерганые, почти суеверные взгляды через монитор внутреннего наблюдения.
Фьюри ждал нас в просторном ангаре, заложив руки за спину. Его единственный глаз буравил нашу живописную процессию с такой интенсивностью, что от этого взгляда можно было прикуривать. Одноглазый мазафакер скупо кивнул Наташе и перебросился парой фраз с Колсоном, выразив нечто отдаленно напоминающее благодарность за блестяще проведенную операцию. А затем его тяжелый взгляд сфокусировался на мне.
— Отличная работа, Майерс, — произнес директор, и в его голосе не было ни капли тепла. — А теперь объясни мне, откуда у гражданского с повадками уличного вышибалы навыки пилотирования новейшего транспорта Щ.И.Т. а? И с каких пор ты закладываешь фигуры высшего пилотажа с отключенной стабилизацией?
Я пожал плечами, делая максимально невинное лицо, на которое только был способен человек, покрытый смесью чужой крови и бетонной пыли. Врать в глаза лучшему шпиону на планете всегда было гиблым делом — сродни игре в русскую рулетку.
— Видеоигры, босс. Вы даже не представляете, насколько реалистичными стали авиасимуляторы в последнее время. Да и мышечная память у меня, сами знаете, адаптируется с пугающей скоростью. Пару кнопок нажал, а дальше как-то само пошло, по наитию.
Возникла тяжелая, вязкая пауза. Фьюри так сильно стиснул челюсти, что желваки на его скулах заходили ходуном. Стоящая чуть в стороне Наташа лишь скептически выгнула бровь и едва слышно фыркнула, а Колсон внезапно крайне заинтересовался носками своих ботинок. Никто в этом ангаре не поверил ни единому моему слову. Но поскольку Пирс был доставлен живым, а квинджет вернулся без царапин, директор решил не развивать тему и просто молча указал охране на связанного пленника.
Время после штурма Мэрилендской базы полетело с бешеной скоростью, сливаясь в сплошную череду зачисток и ночных перелетов.
Гача, зараза такая, решила щелкнуть меня по носу за излишнюю самоуверенность. Где-то между третьим и четвертым рейдом я выкроил минутку покоя и активировал стандартный призыв, надеясь вытащить что-нибудь полезное для грядущих боев. Черта с два. Рулетка крутанулась, интерфейс вспыхнул, и в мой инвентарь вывалилась гора абсолютного, беспросветного мусора. Ни одного нормального навыка, ни одного стоящего предмета или усилителя. Просто горсть хлама ранга F, который годился разве что на виртуальную растопку.
Я тогда чуть не разнес кулаком бронированную переборку транспортника. Решено. Хватит с меня этих мелких подачек рандома. Буду копить энергию на «концентрированный призыв». Лучше подождать, но выбить гарантированную способность или вещь ранга B, чем снова получить цифровой плевок в лицо.
Пока я злился на рулетку, Фьюри творил настоящие чудеса дознания. Одноглазый не стал полагаться на классические сыворотки правды или методы физического воздействия. Он подключил какие-то свои жуткие, глубоко засекреченные связи — может, телепатов, может, техников с мозговыми сканерами, я не вдавался в подробности. Важен был результат. Они влезли прямо в голову Александра Пирса и выпотрошили ее до самого дна. Каждое имя, каждый пароль, координаты всех спящих ячеек и резервных счетов — всё это легло на стол директора Щ.И.Т. а аккуратным цифровым списком.
И для предателей начался сущий ад.