Фьюри вычищал Щ.И.Т. с жестокостью средневекового инквизитора. Агенты Гидры исчезали десятками, их вытаскивали из постелей, брали на рабочих местах, перехватывали в аэропортах. Я тоже не сидел на скамейке запасных — усиленный сывороткой организм работал на износ. Я вламывался в укрепленные бункеры, выбивал двери и ломал хребты тем, кто отказывался сдаваться. Мы не смогли уничтожить Гидру подчистую, слишком уж глубоко эти крысы пустили корни по всему миру. Но, поняв, что их списки раскрыты, недобитки бросили свои позиции и расползлись по самым темным норам, пытаясь спасти шкуры. Они перестали быть той глобальной, невидимой угрозой, способной диктовать условия правительствам. Теперь это была просто кучка загнанных в угол фанатиков, методичный отстрел которых стал лишь делом времени.
Именно поэтому Фьюри наконец-то дал мне отгул.
В баре на окраине Бруклина пахло кислым пивом, арахисом и дешевым табаком. Музыкальный автомат в углу хрипел каким-то старым блюзом. Я сделал большой глоток из запотевшей кружки, чувствуя, как ледяная жидкость приятно охлаждает горло.
Сидящий рядом Логан молча раздавил пустую алюминиевую банку в массивном кулаке и небрежно бросил ее на стойку. Он затянулся толстой сигарой, выпустил густое облако дыма прямо в потолок и скосил на меня глаза.
— Выглядишь паршиво, парень. Будто тебя пропустили через мясорубку, а потом заставили бежать марафон, — прохрипел мутант, кивком подзывая бармена за новой порцией.
Я усмехнулся, потирая ноющую шею. Регенерация давно залечила все физические раны, но моральная усталость никуда не делась.
— Зато кормят неплохо, Логан. Да и платят вовремя.
Он фыркнул, принимая из рук бармена свежую банку и мгновенно вскрывая ее. Пена брызнула на потертое дерево стойки. Я придвинул свою кружку поближе, наблюдая, как янтарная жидкость плещется о стеклянные стенки. Впереди было еще много работы, концентрированный призыв сам себя не совершит, а прячущиеся по щелям агенты Гидры рано или поздно начнут огрызаться. Но прямо сейчас меня это совершенно не волновало.
Прямо сейчас у меня был выходной.
Шкала энергии для концентрированного призыва медленно, но верно ползла к заветной отметке. Еще некоторое время, и я наконец-то смогу крутануть эту чертову рулетку с гарантией, что оттуда не высыпется очередной ворох бесполезного хлама. А пока сингулярность копила заряды энергии, я решил продолжить законный отпуск.
Целую неделю я откровенно пинал балду. Никаких ночных патрулей, никаких переломанных костей в подворотнях и марш-бросков по крышам. Вместо этого мы с Логаном методично уничтожали запасы крафтового пива в неприметном бруклинском баре. Этот хмурый, когтистый мужик оказался на удивление отличным собутыльником. Мы могли часами сидеть в полумраке под хриплый блюз из старого автомата, перекидываясь буквально парой фраз за весь вечер. Звон бокалов, едкий дым кубинских сигар, саркастичный хмык в ответ на мою шутку про очередную заварушку — и напряжение недавних боев отпускало само собой. Нам не требовалось трепаться о высоком, чтобы понимать друг друга.
Пару раз я выбирался за город, в поместье Чарльза. Не то чтобы меня резко потянуло на природу — просто хотелось проверить состояние Барнса. Баки выглядел заметно свежее. Темные круги под глазами посветлели, а сам он перестал походить на затравленного зверя, готового в любой момент вцепиться тебе в глотку. Ксавье основательно покопался в его мозгах, ювелирно вычищая дерьмо, щедро заложенное учеными от Гидры. Мы сидели с Джеймсом на веранде, пили крепкий кофе и болтали об абсолютной ерунде, старательно обходя темы войны, промывки мозгов и убийств.
Школа мутантов вообще оказалась довольно забавным местом. Местные подростки поначалу косились на меня с явной опаской, обходя по широкой дуге. Но стоило мне пару раз выйти на баскетбольную площадку — причем без использования силы, честно мажа каждый третий бросок и позволяя мелким обходить себя на ведении, — как лед тронулся. Нормальные дети, просто со своими тараканами и суперспособностями.
А потом случилась та блондинка из бара на углу. Кажется, ее звали Сара… или Тара? Черт, память на имена вне боя у меня явно работает с перебоями. Мы пересеклись взглядами у стойки, обменялись парой ленивых фраз, а через час она уже стягивала с меня футболку на заднем сиденье такси. Это был мой первый раз в этом мире, и накопившееся напряжение отчаянно требовало выхода. Мое тело наконец-то вспомнило, что умеет не только калечить людей. Мы сходили пару раз в кино на какие-то проходные комедии, снова оказались в постели, но на этом всё естественно заглохло. Никаких драм, битья посуды и клятв в вечной любви. Мы просто поняли, что исчерпали интерес, спокойно оделись, выпили по чашке кофе и разбежались в разные стороны.