Марья и Антиквариат
Маша и я
Марья и антиквариат
В нашу вторую встречу Маша сломала мне стул. На первый взгляд в этом не было ничего удивительного. Стул был настолько стар, что тянул то ли на хлам, то ли на антиквариат. Но сам факт! За полгода проживания в этой квартире я - неуклюжая и всё разрушающая - не сломала там ни-че-го! А Маше стоило только прийти…
Машу на мою хэллоуинскую вечеринку привела тихая Инночка, через которую мы в своё время и познакомились. Хотя нет, данное утверждение всё-таки несколько неверно, ибо на самом деле никто нас официально не знакомил. В том смысле, что никто нас друг другу никогда не представлял.
До Хэллоуина двенадцатого года мы виделись только один раз. Зимой одиннадцатого. Но на ту встречу Маша явилась мне лишь «мимолетным виденьем». Причем явилась она не одна, а ещё с двумя другими то ли своими, то ли инночкиными подругами. Одна из них была вроде бы рыжей и коротко стриженой. За те две минуты, что мы стояли у кинотеатра, она успела сказать три фразы, и все три прозвучали язвительно. Поскольку девчонки опоздали, на официальные представления не было времени. То ли у Инночки, то ли у Маши (что тоже вполне вероятно в силу её тогдашней профессии) обнаружились пригласительные в кино на один бесплатный сеанс. Девчонки решили сходить, чтоб добро не пропадало. И как-то так случилось, что Инна вспомнила обо мне.
В тот вечер кинотеатр мог предложить нам либо второго «Шерлока Холмса», либо вторых «Ёлок». Девчонки попёрлись на «Шерлока», а Инна заявила, что «Шерлока» уже видела, и что ей просто хотелось выйти из дома, потому она готова сходить даже на «Ёлок». Немного поразмыслив, куда направиться мне, я чуть было не ринулась на творение Гая Риччи, но тут, столкнувшись взглядом с рыжей стервой и вальяжной Марьей - как-то резко пришло осознание, что это именно она, хотя имя её всплывало в Инночкиных рассказах не так уж и часто - я решила, что так рисковать своими нервами не стоит. Ладно ещё рыжая, фиг с ней, но вот эта Машка, которая в своей белой шубе (не могу сказать из кого, потому что по сей день не разбираюсь в шубах) и огромной меховой шапке была ни дать ни взять боярыня Морозова… Ну её в баню…
- Инночка, дорогая, - сказала я, - мы так давно с тобой не виделись, не общались. Я с радостью пойду с тобой на «Ёлки». Фильм всё равно, скорее всего, будет так себе, поэтому мы прекрасно сможем поболтать во время сеанса.
Так мы и сделали. Весь фильм мы перешептывались, рассказывали что-то друг другу и комментировали идиотизм сценария.
Потом мы столкнулись со стервозной компанией, возглавляемой Марьей, на выходе из кинотеатра, попрощались и мирно разошлись. Так что до того самого хэллоуинского вечера Марью я не видела, и, честно сказать, успела подзабыть о её существовании.
В те времена я жила на самой красивой … Да что я говорю! Я жила на единственной красивой улице нашего города. Здания на ней сплошь исторические, а жилые дома - сплошь коммуналки. Вот пару комнат в такой вот «коммуне» без всяких ванн и душей и арендовала в своё время я. Мебель, которой были обставлены те комнаты, точно знавала сталинскую эпоху, а скорее всего, даже застала даже серебряный век. Стол с поверхностью из мраморной крошки, стулья столь же красивые, сколь и ветхие, кровать, пережившая, вероятно, с десяток различных постояльцев. В маленькой комнатке без окон, которую я использовала как прихожую, под потолком висел старый радиоприемник родом откуда-то из шестидесятых, а довершал ретро-атмосферу электровыключатель в форме металлического рычажка.
Кое-кому (например, одному моему бывшему) квартирка сия казалась бомжатником, но для меня она была чудесным сказочным мирком, настолько кругом всё было необычно и удивительно.
Мылась я в тазике, вайфай ловила от гостиницы по напротив, еду покупала в основном готовую, потому что на кухне постоянно отирались соседи – алкаши и наркоманы, пару раз покушавшиеся на мою плиту с целью приготовления борщей. Не то чтобы я боялась этих маргиналов. Поставить их на место оказалось гораздо проще, чем кажется. Достаточно было просто погромче на них наорать, и они уже не то что плиту мою, а меня саму уже стороной начали обходить. Но всё же они меня жутко раздражали, и видеть их лишний раз мне не хотелось.
Несмотря на все бытовую неустроенность, тяжко жилось мне там вовсе не из-за неё. Меня убивало одиночество. Друзья мои в большинстве своём жили и работали далеко от «старого центра» и навещали меня нечасто, а одним виртуальным общением сыт не будешь. И тогда я решилась на хитрую уловку. Я решила, что время от времени буду устраивать там вечеринки. Просто чтобы не быть постоянно одной. При всех минусах коммунальной архаики, квартиры там обладали одним огромным плюсом – невероятной звукоизоляцией, то есть, творить там можно было ВСЁ: скакать, орать, крушить – всё равно никто ничего не услышит и слова не скажет. Я очень хорошо понимала, как моему окружению хочется выпустить пар. И потому решила с радостью позволять им это делать.