Глава 4.
Маша плохо спала и проснулась, едва на небе забрезжил свет. Она почти кубарем скатилась с печи и подошла к Мише. Он был все так же бледен, рана выглядела ужасно.
- Миша, - прошептала Маша и потеребила его за здоровое плечо, - Мишенька, проснись, пожалуйста, мне страшно...
Он не отвечал, пришлось его ущипнуть, тогда юноша нехотя разлепил глаза и прищурился.
- Как ты себя чувствуешь? - спросила Маша голосом, полным жалости, и приложила руку к его лбу.
- Плохо, - хрипло ответил он. - Нужно сделать компресс. Там в буфете есть желтая банка, возьми оттуда траву и сделай очень крепкий отвар. Залей ее так, чтобы вода едва перекрывала траву. Потом остуди и наложи на рану с тряпкой.
Маша сделала все точно по его указаниям, постоянно разговаривая с ним и очень пугаясь, когда Миша впадал в забытье.
- Теперь мне нужно поспать, а ты пока сделай чай, - прошептал он, когда компресс был готов, и уснул надолго.
Маша не находила себе места, кусок не лез ей в горло, и за целый день она почти ничего не съела. Она изводила себя обвинениями в том, что если бы она не повела себя, как дура, то с Мишей сейчас все было бы в порядке, и даже, может быть, она была бы дома... но эта мысль отчего-то вовсе не радовала ее. Наконец Миша проснулся.
- Ну как ты? - набросилась на него девушка.
- Лучше, - слабо улыбнулся он. - Дай мне попить.
Маша с рвением принялась готовить ему чай.
- Прости меня, - сказала она виновато, протягивая ему кружку.
- Ты ни в чем не виновата, это я должен был сразу тебе все сказать.
Маша покачала головой:
- Я постоянно попадаю в истории, а ты все время спасаешь мне жизнь... и даже упрекнуть за глупость не хочешь, а ведь ты меня предупреждал...
- Понятия не имею, что бы я сделал, будь я обычным человеком и узнай, что мой лучший друг - чудовище... как я могу тебя судить?
- Хорошо чудовище! - воскликнула Маша. - Да ты жизнью рисковал, чтобы меня спасти!
Она взяла Мишу за горячую руку и проникновенно сказала:
- Ты самый лучший человек из всех, кого я знаю... и самый лучший друг. Я просто дура, что не ценила тебя.
- Спасибо, - он слабо пожал ее руку.
Рана его уже выглядела лучше, но все равно пугала своими размерами и глубиной. Маша заменила компресс, и они оба легли спать. Наутро Мише стало заметно лучше, и он даже попросил поесть. Маша с нескрываемой радостью следила за тем, как он жует посоленное золой мясо.
- Я совсем скоро поправлюсь, - сказал он печально, отставив тарелку, - и смогу проводить тебя в деревню.