Как спала? поинтересовался он.
Как пристреленная.
Я же говорил, самодовольно подмигнул Симонов.
Он сделал большой глоток, стал выбираться из кровати.
Не сиди долго, поторопил он хозяйку дома, Завтрак готов уже.
Расчесывая волосы пальцами, Маша вошла на кухню. Мишка не обманул. На столе дымились две тарелки с овсянкой.
Ты нашел овес? подозрительно уточнила Маша.
Нашел, кивнул в ответ утренний повар, А что?
Он там года два гниет. Я его терпеть не могу.
Зачем же покупала?
Не помню уже.
Ну не знал.
Маша присела за стол, опустила ложку в кашу, зачерпнула, подула, осторожно попробовала.
Вкусно, оценила она.
Стандартный рецепт: овес, молоко, мед, изюм довести до кипения, дать постоять.
Ты просто клад, а не мужик, Симонов. Или у вас качков это норма?
Сама ты качок, огрызнулся Мишка.
Как все кроссфиттеры он относился к посетителям тренажерного зала и билдерам с легким предубеждением и брезгливостью. Маша об этом знала, конечно, поэтому и дразнила.
Заноза ты Машка. Редкостная, надулся он, Мне же приятное сделать хотелось.
Так молодец, пожала плечами Крылова, Кофе в постель, кашка горячая вкусная. Я тронута.
Хвалишь, а такое чувство, что издеваешься.
Экий ты мнительный, Миш. Как девочка. Вам качкам это не к лицу.
Он надул щеки, чтобы фыркнуть на нее, но сдулся, понимая, что вряд ли одержит победу в этой словесной перепалке.
Ешь давай и поедем, скомандовал Симонов и усиленно заработал ложкой.
Он, конечно, закончил с кашей первым, встал, чтобы помыть посуду. Маша собиралась сполоснуть свою тарелку, но он забрал, кивнув в сторону ванной комнаты.
Умывайся, одевайся. Скоро выходим.
Хорошо, она слегка опешила, но послушалась.
Миша засчитал себе очко. Краткие, четкие указания с Машей работали лучше витиеватых бесед на пространные темы. Он сразу понял, что на тренировке с ней будет легко.
Управившись с посудой, Симонов натянул толстовку, провел рукой по волосам, причесываясь. Слава богу, в машине валялась сумка со спортивной одеждой и кроссовками. Иначе вести урок пришлось бы в носках, трусах и бахилах. Выглянул в окно машина была на месте. Посмотрев на часы, Миша понял, что почти опаздывает. Он пошел в ванную, чтобы поторопить Машу, и буквально замер у двери. Одной рукой она приглаживала непослушный локон на лбу, а второй выкладывала из объемной косметички на полочку тюбик за тюбиком. Среди них Симонов опознал тональный крем, тушь, пудру. Остальной хлам он мог бы угадать, наверно, но вряд ли с первого раза.
Маш, ты прикалываешься? вскипел он моментально, едва пришел в себя.
Чего? она очень натурально удивилась, округлив глаза.
Это что за палитра художника Цветика? Миша ткнул пальцем в полку.
Мне работать потом весь день. Не страшком же сидеть.
Симонов скрипнул зубами, призвал на помощь терпение, объяснил популярно и как можно более спокойным голосом.
Весь твой марафет потечет через пять минут. Какой смысл? Примешь душ после тренировки, уложишься-накрасишь. Бери все с собой и поехали.
Чего это он потечет? Машка подбоченилась, как воинственный мышонок.
Потому что со мной все текут.
Поняв, какую меткую двусмысленность ляпнул, Мишка довольно оскалился.
Ресницы накрашу, уперлась Маша, закатывая глаза на его бахвальство.
Ладно, он не возражал, только проницательно добавил, Сразу форму спортивную надевай. Я машину прогрею, не замерзнешь.
Ладно, почти не огрызнулась.
Симонов оделся и вышел во двор. Как и обещал, завел мотор, крутнул на максимум печку, пока чистил стекла от инея, не успел замерзнуть, но успел психануть. Пришлось набрать Машу и еще раз поторопить. Через минуту она вышла из подъезда с объемной сумкой через плечо. Миша мигнул фарами, чтобы она узнала машину.
Не дав ему разразиться тирадой о женских привычках, проговорила быстро:
Не психуй. Тут ехать пять минут. Город пустой. Успеваем.
Миша сузил глаза, решая, стоит ли вставить пять копеек для порядка.
Поехали уже, снова прервала его сомнения Маша.
Он чуть раздраженно причмокнул губами и стал выезжать со двора.
Глава 6
Планы и обещания
Маша оказалась права. Они добрались быстро и в срок. Даже чуть раньше. Мишка сразу пошел в раздевалку, где встретил Женьку Гутова, главного теренера «ТТ». Они обнялись. Симонов быстро переоделся, вышел в зал и замер. Там уже разминались клиенты клуба. На первый взгляд было человек десять-двенадцать. Для крошечного «ТТ» почти толпа.