Симонов сдвинул брови.
Ви.
Миш, ну ты же с Алисой.
Я расстался с Алисой в тот же день.
Я же не знала.
Тебе и не надо знать, Ви. И болтать лишнего тоже. Зачем? Сложно промолчать?
Он знал, что сложно. Для Ви невыносимо молчать. Она та еще болтушка и сплетница. Миша всегда считал это почти милым в ее безбашенной натуре. Хоть что-то девчачье в ней было. Но сейчас эта дурная привычка вызывала лишь раздражение.
Просто я не хотела, чтобы она к тебе клеилась. Ты и Алиса И после Глеба не знаю, Миш. Я так надеялась, что у вас все сложится.
Не сложилось, буркнул Симонов.
Но сменил гнев на милость, читая на лице подруги настоящие переживания.
Чего ты зациклилась на нас, Вилюш? Всякое бывает. Подумаешь, разбежались.
Просто, она сжала губы, Просто хочу, чтобы ты был счастлив.
Я буду, пообещал Миша, Неужели ты в этом сомневаешься?
Ви не ответила, лишь опустила глаза, поморщилась.
Только не говори, что все еще паришься из-за нашего расставания, догадался он о причине ее мучений, нееее, Вилюш, заканчивай с этим. Сто лет прошло.
Я знаю, знаю, она снова скривила лицо, как будто ей было больно, Просто тебе нужна хорошая девчонка, Миш. Не такая, как я. Думала, Алиска Но Глеб.
Завязывай, Миша притянул ее к себе, чувствуя, что дело пахнет слезами раскаяния, Реветь еще вздумала. ПМС что ли? Или гормоны? Тест делала? Вдруг залетела?
Тьфу на тебя, Ви хлопнула его по груди, отстраняясь, Не каркай.
Она стерла слезы, поцеловала Мишку в щеку.
Люблю я тебя, Симонов. Родной ты мне. Найди уже девку приличную, а то нервов не хватает.
Ты хуже моей мамы, закатил глава Миша.
Глава 7
Новый год
Миша боялся верить до самого кануна, что Крылова его не прокатит. Он звонил ей, постоянно писал в Контакт и Вайбер, чтобы напомнить о себе и ее обещании. Маша отвечала. Сдержанно, но вроде доброжелательно. Лишь раз она сбросила его звонок, объяснив потом, что была в налоговой. Миша поверил, но бдительность не терял. Две недели до Нового года он буквально держал ее на невидимом поводке обещания.
Даже когда Тульская компания отзвонилась, что выехали всей бандой, Миша все равно не верил своему счастью. Только, когда Маша вошла вместе со всеми в зал, он облегченно выдохнул. Стоял и смотрел на нее с глупой улыбкой. Едва не проморгал момент, когда Джедай потянулся к Маше, чтобы галантно помочь избавиться от пальто. Мишка, как Флеш, подлетел, толкнул плечом начальника, который, мягко говоря, удивился.
Мих, ты чего? ошалел Джедай.
Сам, только и бросил Симонов, стягивая с Машиных плеч пальто, придвинулся к ней ближе, проговорил на ухо, Привет.
Привет, улыбнулась она, поворачиваясь, С Наступающим.
И тебя.
Симонов не заметил, как выкатил глаза Андрей, а потом обменялся взглядами с Ви. Та улыбнулась, давай понять, что ведущий тренер потерян для общественного веселья и будет весь вечер обхаживать даму.
Машины румяные щеки с мороза, взгляд с поволокой и аромат шампанского вскружили Мишке голову. Даже немного пожалел, что не может пить, потому что хотелось расслабиться и ловить кайф, а он словно лом проглотил. Так ждал ее, места себе не находил, а приехала и все, что может сказать это привет. Но Маша взяла инициативу на себя. Она весело рассказывала, как кони пели песни на всю электричку, наливали попутчикам и всучили бутылку шампанского тетке-контролёру. Правда Гутов уверял, что она не настучала на них дежурному полицейскому, потому что он зажал ее в тамбуре и поцеловал в засос.
Мишка смеялся, но как-то деланно и наиграно. Не очень ему хотелось, чтобы Маша прониклась компанейским весельем и осталась ночевать со своими в Джедае. Она была единственной девчонкой среди парней, а в новогоднюю ночь разные чудеса случаются. Даже с ним разок было. В школе и по пьяни, но.
Миша задумался на миг, но тут же отогнал эти воспоминания. Не было в них ничего хорошего. А вот в настоящем было. Была Маша и перспектива провести с ней ночь. На своей территории. Не очень хотелось ради всего этого тащиться в центр, но Мишка обещал. Да и увезти Крылову от поддатых атлетов сам бог велел. Мало ли. Только Джедай в эту ночь не внушал Мишке опасений. Все внимание шефа было обращено на Ви.
Гулянье только началось, а Симонов уже начал поторапливать Машу на выход. Народ, конечно, загудел, не желая расставаться с ними, но насильно запирать в клубе не стали. Дважды машину остановили постовые, припарковались с трудом. Пришлось тащиться пешком. Маша изнылась, что холодно и голодно, требовала то еды, то воды, то выпивки, то тепла. Мишка не догадался взять ни того, ни другого. Чтобы согреть лишь прибавлял ходу, таща девушку за руку вдоль набережной.