– А где злодеи? – спросил Джексон, вглядываясь вдаль. – Я их не вижу.
– Они там, – ответил Мэл, вытирая пот со лба и глядя по сторонам. – Ты их не видишь, потому что они прячутся за деревьями и не хотят, чтобы их заметили.
– А они нас видят?
– Даже не сомневайся. Сейчас они думают, как бы получше перерезать нам путь.
– Что это значит?
– Это значит, что они хитрые и сделают все, чтобы нас поймать.
– А что будет, когда злодеи нас поймают? – спросила Самадхи.
– Не поймают, милая, – ответила Инара.
– Но если поймают?
– Все будет хорошо.
– Не обманывай ее, Инара, – сказал Мэл.
– По-твоему, я должна сказать ей правду?
– Она должна бояться.
– Она и так достаточно напугана – как и все мы.
– Так что же будет? – не унималась Самадхи.
– Они нас убьют, – авторитетно заявил Джексон. – Пожиратели всегда так делают, я читал про это в «Кортексе». Они любят убивать людей.
– Я не хочу, чтобы меня убили.
– Тебя не убьют, золотко, – сказал Мэл. – Я этого не допущу.
Он подумал, что лучше сам убьет детей. Он сделает все, лишь бы их не пытали Пожиратели.
Мистер Да Силва зашевелился.
– Голова… – застонал он, моргая. – Вы… Вы ударили меня, мистер Рейнольдс?
– Возможно. Ради вашего же блага.
– Да как вы…
– Встать сможете? – спросил Мэл.
– Точно не знаю. Может быть.
– Отлично. Тогда поднимайтесь. Слушайте все: минута прошла. Нужно уходить.
Сам Мэл так устал, что едва мог идти. На горе можно было бы найти хорошую позицию и дать бой Пожирателям – занять высоту и все такое. Но он сомневался, что он и его «Молот свободы» надолго задержат врага.
Кроме того, Мэлу вдруг показалось, что Пожиратели разделили свои силы, и одна группа должна атаковать со стороны леса, а другая – с фланга, по склону горы. Пожирателей, в общем, уже нельзя было назвать людьми, но безмозглыми они тоже не были. Они умели строить планы и нападать из засады. Мэл на их месте определенно бы разделил свои войска на части, ведь сражаться на два фронта одновременно он не мог.
Семья Серра-Рейнольдс и мистер Да Силва начали спускаться по склону в балку. Камней под ногами попадалось все больше, и это осложняло им путь. Чем дальше они продвигались, тем опаснее становился склон – крупные камни уступали место щебню и измельченному сланцу. Все оступались и скользили, а мистер Да Силва несколько раз упал.
– Это совершенно невыносимо, мистер Рейнольдс, – наконец заявил он. – Я даже не думаю, что за нами гонятся. По-моему, наши преследователи уже отстали.
– Если вы так считаете, значит, вы совсем не так умны, как мне казалось, – ответил Мэл. – Пожиратели преследуют жертву, пока не получат то, что им нужно.
Оступившись в шестой или седьмой раз, мистер Да Силва остановился.
– Я не сдвинусь ни на шаг, – сказал он. – Хватило и того, что вы меня ударили. Я на вас в суд могу подать и уж точно пожалуюсь на вас в Синонский профсоюз частных преподавателей. Посмотрите на меня: рукав пиджака порван, брюки пришли в негодность, ботинки тоже – а ведь они из настоящей кожи! Я отказываюсь участвовать в этом нелепом фарсе. Я иду обратно.
– Да пожалуйста, – ответил Мэл.
– Я так и сделаю.
– Мэл, ты шутишь, – сказала Инара.
Мэл пожал плечами.
– Он нас замедляет. Он говорит, что хочет повернуть обратно. Пусть поворачивает.
– Но…
– Инара, он мне не родня. Я беспокоюсь только за тебя и за детей, а Да Силва может идти куда ему вздумается. Я ему это не советую, но он же взрослый человек. Пусть сам разбирается.
– Вот именно, – сказал Да Силва.
Он резко развернулся и поплелся вверх по склону.
– Мэл, останови его, – сказала Инара.
– Не-а. Дети, мы продолжаем спускаться, ясно?
– А у мистера Да Силвы все будет хорошо? – спросила Самадхи.
– С ним все будет в порядке, – ответила Инара и виновато взглянула на учителя. – Я в этом уверена.
Не прошло и пяти минут, как они услышали ужасный, наполненный болью вопль. Он длился почти целую вечность, прежде чем сменился короткими, судорожными криками. Затем над горами полетели мольбы о пощаде, молитвы и, наконец, один последний, почти безумный крик, после которого настала благословенная тишина.
– Это был мистер… – начал Джексон, но Мэл мрачно сделал ему знак идти вперед.
Чуть позже они дошли до пещеры.
Мэл уже начал подозревать, что они никогда ее не найдут и что ее вообще не существует.
И вдруг он ее увидел: она уходила в одну из стен балки – почти треугольная в сечении, примерно десять футов в вышину. Солнечный свет проникал в нее всего на несколько ярдов, но сама пещера, очевидно, была глубже.
– Давайте туда, – сказал Мэл. Он почувствовал, что в нем просыпается надежда – опасная роскошь, но тем не менее. У них появился крошечный шанс выжить.