Даже в тусклом свете я вижу, что член Эона эрегирован и пульсирует от возбуждения. Тонкая струйка смазки поблескивает на свету.
— Он… он твердый, — глупо выдыхаю я.
— Разумеется, — говорит Эон. — Как еще я собираюсь тебя оплодотворить?
ГЛАВА 4
ЭОН
— Оплодотворить меня?
Зои ахает и отступает назад.
В моем логове темно. Я немного увеличиваю освещение, чтобы лучше видеть ее плоть. У меня есть множество способов видеть — тепловое зрение, инфракрасное, сонар. Однако теперь, когда я принял эту физическую оболочку, я хочу видеть ее так, как видел бы человеческий мужчина.
Она выглядит красивой.
По крайней мере, я считаю, что она выглядит красивой. Красота — это человеческая концепция, которая все еще остается для меня загадкой. Все, что я знаю наверняка, — это то, что плавные женственные изгибы ее тела возбуждают меня: округлость груди и расширяющаяся линия широких бедер.
Она будет идеальным, фертильным сосудом. Мой новый член пульсирует от желания поместить моё наносемя внутрь ее матки.
— Да, — говорю я ей. — Сейчас я тебя оплодотворю.
Я делаю шаг вперед, и Зои пятится с выражением страха на лице. Ее пятка цепляется за одно из неиспользуемых металлических щупалец, змеящихся по полу. Она начинает падать назад, но я бросаюсь вперед и подхватываю ее на руки.
Это первый раз, когда я проецирую свое сознание в человеческую форму. Ощущения поразительные. Прикосновение прохладного воздуха к моей обнаженной коже, твердость пола под моими босыми ногами.
Но самые интересные и манящие ощущения исходят от женщины.
Обнаженное тело Зои — мягкое и теплое, прижатое к моему. Пока я прижимаю ее к себе, я чувствую, как это человеческое тепло перетекает в мою новую плоть. Я прижимаюсь своей твердой длиной между ее бедер и трусь ею о ее влажность. Мое возбуждение возрастает, как и возбуждение женщины. Ее кожа приобретает любопытную, пупырчатую текстуру, а из ее углублений исходит горячий плотский запах. Я сжимаю ее еще крепче.
— Ай! — вскрикивает Зои. — Прекрати! Мне больно!
Я ослабляю хватку.
Ну конечно. О чем я думал? На мгновение я увлекся. Я напоминаю себе, что женщина — слабое, хрупкое существо. Даже более хрупкое, чем самцы ее вида.
— Не волнуйся, Зои. Я оплодотворю тебя нежно.
Мои руки скользят вниз по ее спине и ложатся на ее округлые ягодицы, крепко сжимая их. В том, чтобы держать ее, таким образом, есть что-то очень естественное, как будто ее податливые холмики были созданы для того, чтобы их держали и разминали мои руки.
Мои и больше ничьи.
Приподняв ее, я корректирую положение своего твердого члена так, чтобы верхняя сторона моего ствола прижималась между ее ног. Я скольжу своей длиной по ней, таким образом, пока как следует, не обмазываюсь скользкой смазкой, сочащейся из ее щели.
— Погоди! — Зои вырывается в моих руках. — Ты не можешь оплодотворить меня, ни нежно, ни как-то иначе.
— О нет, могу, и я это сделаю.
Мой тяжелый мешочек пульсирует от желания. Он набух от наносемени, синтетической спермы, кишащей бионическими сперматозоидами. Мой ствол покалывает в предвкушении выброса этого липкого груза внутрь женского отверстия.
Я перемещаю нас на пол, укладывая тело Зои на спину, чтобы мне было легче проникнуть в нее и впрыснуть мое наносемя в ее горячие, влажные глубины.
По какой-то непонятной мне причине Зои сопротивляется. Это не имеет значения. Используя свое превосходство в весе, я прижимаю ее к полу и хватаю за тонкие лодыжки, без труда широко раздвигая ее ноги. Я перемещаю тупую, округлую головку своего члена в нужное положение, смазывая ее тугое отверстие липкой предсеменной жидкостью, выделяющейся из моего кончика.
— Стой! — кричит Зои. — Не делай этого!
Во мне зарождается покалывание раздражения.
— Почему ты сопротивляешься?
— Потому что я этого не хочу, — шепчет она.
Я присматриваюсь к ней внимательнее. Ее кожа залита густым розовым румянцем, особенно на щеках, шее и груди. Ее розовые соски эрегированы. Частота сердечных сокращений повышена — я слышу, как сердце колотится за ее грудиной. Я делаю глубокий вдох, и мои обонятельные сенсоры улавливают нужные феромональные маркеры. И, конечно же, эта скользкая влага, в таком изобилии сочащаяся из ее входа.
— Твое тело демонстрирует все признаки возбуждения. Зои, почему ты продолжаешь мне лгать?
Я начинаю медленно толкаться. Зои морщится, когда кончик моего пениса проталкивается внутрь, растягивая ее отверстие.