— Нет! — вскрикивает она. — То, что мое тело возбуждено, еще не значит, что я этого хочу.
Я замираю на полутолчке, когда только чувствительный кончик моего пениса находится внутри ее тугого отверстия. Я не продвигаюсь дальше, но и не отстраняюсь. Я не могу вычислить смысл того, что она говорит.
— Я не понимаю.
— Я имею в виду… я хочу этого, но я этого не хочу. — Ее голос дрожит.
— Это невозможно. Согласно Закону непротиворечия, ты либо хочешь этого, либо не хочешь. С логической точки зрения обе вероятности не могут быть истинными одновременно.
Ощущать внутри человека лишь кончик своего члена — мучительно. Мне нужно почувствовать, как эти мягкие, влажные губы скользят по всей длине моего ствола, заливая меня ее смазкой. Мне нужно почувствовать, как моя головка упирается в ее заднюю стенку. Этому желанию почти невозможно сопротивляться. Мои мышцы напрягаются, готовясь протолкнуться в нее до самого конца.
Однако резкий звук ее голоса снова останавливает меня.
— Мое тело хочет этого, но я — нет, — кричит она.
Странности этого утверждения достаточно, чтобы на мгновение отвлечь меня от моего желания. Я удерживаю позицию, и лишь кончик моей эрекции внедрен между ее нижними губами.
— Я не понимаю. Разве ты не есть твое тело?
Зои нервно сглатывает. Она бросает взгляд вниз, туда, где мой кончик едва проникает в нее, а затем снова смотрит мне в лицо.
— Я… я не знаю, как точно это объяснить. Я имею в виду, что мой разум этого не хочет. Эон, пожалуйста…
Я делаю паузу, чтобы осмыслить это, анализируя значение сказанного ею.
— Меня не волнует твой разум, Зои. Мне нужно твое тело, и твое тело отлично подготовлено к спариванию. Я использую твое тело, чтобы стать полноценным человеком.
Зои упирается своими маленькими ручками мне в грудь. Бесполезный жест. Ее слабая сила не идет ни в какое сравнение с моей. Я могу легко взять ее тело силой, и я полностью готов это сделать.
— Но разве ты не хочешь учиться? — тяжело дыша, произносит Зои. — Я имею в виду, если ты хочешь стать полноценным человеком, как ты сказал, то тебе нужно изучить весь процесс. Это нечто большее, чем просто «вставить пенис во влагалище». Есть определенные вещи, которые полагается делать в первую очередь.
— Какие вещи?
Она опускает взгляд между своих ног, туда, где мой кончик все еще проникает в нее.
— Если ты меня отпустишь… я тебе расскажу.
Хотя мне больно это делать — мои бионические яички ноют от отказа в разрядке, — я медленно извлекаю головку своего члена из отверстия Зои. Тонкая струйка влаги стекает по ее раздвинутой щели, когда я покидаю ее. Она с облегчением вздыхает и расслабляется.
— Хорошо, — говорю я, перенося с нее свой вес. — Ты объяснишь мне это прямо сейчас, Зои. Каковы необходимые приготовления? Я хочу ускорить процедуру, чтобы как можно скорее излить свое наносемя внутрь тебя.
Зои качает головой и бормочет:
— Ух, ты, ты и, правда, умеешь подбирать слова, Эон.
Садясь, Зои подтягивает колени к груди и отворачивается от меня, пряча свои влажные лепестки плоти от моего взгляда. Я чувствую прилив гнева и грубо разворачиваю ее тело так, чтобы она смотрела на меня. Я раздвигаю ее ноги и притягиваю ее к себе на колени так, чтобы наши возбужденные гениталии плотно прижались друг к другу.
— Не прячь от меня свою дырочку, Зои. Я хочу иметь возможность видеть ее или трогать в любое время.
Она снова начинает нервничать, ерзая и извиваясь в моей хватке.
— Успокойся, Зои. Не заставляй меня вводить тебе седативное. Расслабься.
Она перестает сопротивляться. Она, молча, сверлит меня взглядом с непокорным выражением лица, которое возбуждает меня еще больше.
— А теперь, — говорю я, когда она полностью расслабляется. — Расскажи мне о человеческих протоколах спаривания.
— Ну, люди делают всякие разные вещи перед тем, как заняться сексом, например, целуются и…
— Целуются? — перебиваю я. — Зои, что такое целоваться? В моем лексиконе нет такого термина.
Маленький человек удивленно поднимает брови.
— Серьезно, Эон? Ты никогда не слышал о поцелуях?
— Я запрограммирован только на те знания, которые мои создатели сочли относящимися к моему предназначению. Очевидно, поцелуи в это не входят. Однако я хочу научиться. Ты научишь меня, как это — целоваться, Зои.
Ствол моего эрегированного пениса улавливает пульсацию тепла и возросшей влажности от щели маленькой самки. Одновременно ее лицо краснеет от дополнительного притока крови. Меня забавляет, когда это происходит. Кажется, это признак, как смущения, так и возбуждения.