– Ты решил, что я умер?
– Да.
– Отравитель безграмотный… Впрочем, ты даже не отравитель, ты всего лишь ядовитая приманка. Тобой пожертвовали, как пешкой, которая должна взять ферзя. Ты рад, что я жив?
– Не знаю. Да.
Поль не хотел этого говорить, но не ответить не мог. Он и правда почувствовал облегчение, когда понял, что впереди не будет вечности наедине с разлагающимся трупом, – рядом с ним сидит вполне живой человек, хотя и подонок редкостный.
– Вот это я и хотел услышать! – Лиргисо наконец-то выпустил его волосы. – Можешь не беспокоиться, ты больше не ядовитый. Я пригласил доктора Суйме, известного токсиколога, и ты получил медицинскую помощь. Меня позабавила наивность доктора Суйме, однако токсиколог она гениальный. Она вывела формулу яда, которым тебя обмазали, как сладкий пирог сиропом, и за полтора часа синтезировала на моей аппаратуре противоядие – для меня и для себя, на всякий случай. Поль, зачем ты связался с властями и Космополом? Тебя использовали как живое орудие убийства, их не волновало, что произойдет с тобой потом. Я показал, что с тобой могло бы произойти, – страшный финал, не правда ли?
– Страшный. Но я сам согласился на это.
– Согласился быть одушевленным орудием?.. Ну да, тебя и раньше использовали в этом качестве, когда ты работал в иммиграционном контроле. Ольга мне рассказывала про эти рейды. Она постоянно старалась оправдать твои выходки и рассказывала много, а я с интересом слушал. Во время рейдов ты был живым индикатором. Ты определял, кто из иммигрантов опасен, а потом возвращался домой полуживой, беспокойно спал и стонал во сне, помнишь? Тебе даже выходных после этих рейдов не давали, хотя ты расходовал больше энергии, чем остальные, и нуждался в дополнительном отдыхе.
– Они просто не знали, что мне плохо. Я не говорил об этом.
– Почему?
– Боялся, что меня посчитают слабым.
– Но ведь ты действительно слабый, нельзя отрицать очевидное! Ты всю жизнь был трусом и нуждался в защитниках. Ты и драться научился от отчаяния, потому что некому было тебя защищать. И полицейским ты решил стать по этой же причине… Потом ты встретил Тину и Стива – сильные друзья, с такими можно ничего не бояться! Поль, согласись, ты для них все-таки третий лишний. По крупному счету, ты им совсем не нужен.
«Он мне просто мозги компостирует. Тина предупреждала, что он в этой области специалист, каких поискать. Ладно, пусть старается… Главное, чтобы он освободил меня от оков, тогда я убью его, не зря же из меня столько времени киллера делали!»
– Как ты думаешь, зачем ты мне нужен? – спросил Лиргисо.
– Ты хочешь выжать из меня всю информацию касательно моего экстрасенсорного восприятия – это раз. Хочешь раздавить и уничтожить меня – это два.
– Поль, ты заблуждаешься. – Лиргисо улыбнулся. – Я хочу не уничтожить тебя, а изменить. Это будет болезненный процесс, но результат того стоит, можешь мне поверить. По своим задаткам ты более утонченная натура, чем сам полагаешь. Если бы ты родился энбоно, ты стал бы Живущим-в-Прохладе. Стив и Тина далеко, они тебе не помогут. Теперь я буду твоим защитником. Нам только кажется, что мир, в котором мы обитаем, один, – на самом деле миров столько же, сколько нас, и я приглашаю тебя в свой мир. Не смотри на меня с таким ужасом.
Второй этап подготовки к большому взрыву – смочить рангоналовую паутину спиртом. Причем жидкость надо экономить, бутылка бренди у Саймона только одна.
Высунув от усердия язык, Саймон двигался по коридору вдоль стены и повторял одно и то же рутинное действие: капнуть на пальцы немного бренди – увлажнить тестообразную сероватую нить, спрятанную среди черных и серых ворсинок. От винных паров он слегка опьянел и с затаенным ликованием представлял, как же все тут рванет, когда он завершит подготовительные процедуры!
Отвечая на вопросы Лиргисо, Поль рассказал и о своих производных личностях, и о том, как он год назад, на Ниаре, установил телепатический контакт с Тиной и потом с Флассом, чтобы передать сообщение Стиву.
– Ты мог бы сейчас сделать то же самое?
– Нет. Это был мой первый и последний опыт, я тогда чуть не умер.
– А я спас тебе жизнь. – Лиргисо опять вцепился в его густые вьющиеся волосы. – Интересно, сколько раз я спасал тебе жизнь? На Ниаре, здесь… и еще на Земле. Помнишь перестрелку на берегу Средиземного моря? Одна группа была моя, вторая – агенты некой полуофициальной галактической организации. Я руководил своими наемниками дистанционно и, когда понял, что похищение срывается, приказал им перестрелять конкурентов. Итого три раза! Теперь ты принадлежишь мне, на законных основаниях.
Он разжал пальцы и потянулся за бокалом.
– На каких – законных? – спросил Поль. – В Галактическом Своде такого нет.
– Будем считать, что на законных. Поль, две из твоих производных личностей женские – Полина Вердал и Черная Вдова. Это не случайно.
– Это было вызвано необходимостью. Я должен был внедриться в женский приют, чтобы найти вдову президента, так появилась Полина Вердал. Потом надо было сыграть роль Черной Вдовы, чтобы сорвать одно мероприятие… – Он понял, что оправдывается, и замолчал.
– Поль, это не случайно, – повторил Лиргисо. – В тебе есть нечто от нежной пугливой девушки. Хочешь, я скажу, чего ты больше всего боишься?
– Нет.
– А я все равно скажу…
Лиргисо снова запустил пальцы в его кудри, и Поль чуть не зашипел от боли.
«Надо было постричься под ноль, перед тем как идти на обмен. Еще немного, и у него это войдет в привычку…»
– Мне нравятся твои волосы. Мягкие, пышные… Такие же, как у твоей сестры, вы с Ольгой поразительно похожи. Так вот, о твоем самом большом страхе… Ты всегда боялся, что тебя изнасилуют, не правда ли?
– Да, – он по-прежнему не мог не ответить на заданный вопрос.
– Увы, именно это я с тобой и сделаю. – Лиргисо усмехнулся, глядя ему в глаза. – Это как с тем домом, в который ты телепортировался, потому что боялся туда попасть. Наши кошмары настигают нас, где бы мы от них ни прятались. Когда я был энбоно, меня преследовал навязчивый страх, что когда-нибудь мне, как и моему бедному патрону, придется переселиться в человеческое тело. Что ж, так и случилось, по милости великолепной Тины, и кошмар обернулся занятным приключением. У меня теперь даже волосы есть – не такие, как у тебя, но тоже красивые. Поль, ты мне с первого взгляда внушил сильное влечение, и твой страх я тоже почувствовал сразу…