– Я одного не понимаю, – пожала плечами Тина, – почему ты все это терпел, а не вышвырнул его сразу, еще на Ниаре?
Лиргисо помолчал, потом усмехнулся:
– Поиздеваться над собой захотелось. Иногда меня посещает такое странное желание.
– Ну, тогда тебя можно поздравить – ты получил то, что заказывал.
– Ты мне никогда не сочувствовала. Кому угодно, только не мне! Но какая же гадость эти эксцессеры… Его оставили без присмотра, а он тут же приготовил взрывчатку из подручного материала и заминировал мою виллу! Там было много красивого – жаль, что все это погибло.
– А кто оставил эксцессера без присмотра? Почему ты вообще сделал такую глупость?
Лиргисо вздохнул, откинулся на полупрозрачную спинку дивана, сквозь которую просвечивала полированная стена в розоватых разводах, и подарил Тине доверительную улыбку.
– Увы, я до сих пор не привык к некоторым парадоксам человеческого мышления… Если высший не нуждается в услугах раба, тому надлежит терпеливо ждать, не создавая хозяину проблем, – так ведут себя рабы на Лярне, и это вполне естественно. Я наконец-то получил Поля, мой ум был занят картинами предстоящих наслаждений, и я совсем упустил из виду то, что в вашей галактике, где все извращено, подобные Саймону Клиссу низшие твари не считают себя рабами.
– Так ты рассчитывал, что он будет вести себя как лярнийский раб? Человек, ниарский гражданин, еще и эксцессер!.. Боюсь, что при последнем перемещении тебе достались мозги с незаметным, но существенным дефектом.
Желтые глаза Лиргисо на секунду сузились.
– Тина, не надо издеваться, я злопамятный. Неутоленное вожделение затуманило мой разум, и мне было не до Саймона Клисса.
– Короче, ты почти свихнулся от похоти, ничего не соображал и не обращал внимания на то, что делает у тебя под носом другой такой же свихнувшийся сукин сын. Но все это, разумеется, не мешает тебе оставаться высшим существом.
– Тина, не надо! – В глубине его глаз вспыхнули опасные огоньки.
– Вас с Клиссом не жалко – стало бы в Галактике двумя мерзавцами меньше, но заодно с вами еще и Поль чуть не погиб.
– Великолепная Тина, ты сейчас продемонстрировала ту самую извращенность мышления, о которой я говорил. – Огоньки погасли, он овладел собой и высокомерно усмехнулся. – Разве можно сравнивать меня и Саймона Клисса?
– Можно.
– Фласс… Незаметные для тебя, но существенные дефекты твоего мышления несказанно меня печалят. – Живущий-в-Прохладе вернул ей оскорбление и, не дождавшись реакции, со вздохом продолжил: – Между мной и Клиссом лежит пропасть. Иерархия есть везде, изумительная Тина, всегда есть высшие, низшие и те, кто находится на промежуточных уровнях. Я принадлежал к высшей элите на Лярне, и я буду принадлежать к элите где угодно, поскольку я обладаю могуществом и властью, это мои неотъемлемые качества. А такие, как Саймон Клисс, – это грязь под ногами, рабы, полуживотные. Общество может сколь угодно играть в равенство, но всегда есть те, кто господствует, и те, чей удел повиноваться.
– Судя по результату, Саймона Клисса ты в этом не убедил.
– Его развратила ниарская демократия, – фыркнул Лиргисо. – Тина, согласись, что полуживотные должны знать свое место, без этого общество не будет по-настоящему цивилизованным.
– Ты забыл об одной мелочи.
– О какой же?
– Я сама – из манокарских полуживотных, так что твои рассуждения меня не воодушевляют.
– Фласс, да у меня и в мыслях не было причислять тебя к низшим! Безусловно, ты, как и я, принадлежишь к высокоорганизованным существам. Манокарская иерархия забавна и несовершенна, а я сейчас говорю об истинной иерархии, столь же незыблемой, как физические законы.
– Иерархия существует только для тех, кто в ней нуждается. Ее можно выстраивать по-разному – в зависимости от того, каковы твои интересы, но я всегда обходилась без нее.
– Даже на Тергароне? – Лиргисо насмешливо скривился. – Сколько раз тебя там сажали на гауптвахту за нарушение субординации?
– Ни разу. Я могу считаться с чужими правилами, но для меня это условные правила, необязательные. На Тергароне я делала вид, что признаю субординацию, и все были довольны.
В зале появилась высокая тонкая незийка с пепельной кожей, около нее кружили, как летучие насекомые вокруг стебля с набухающим бутоном, миниатюрные мобильные терминалы на антигравах. Незийка подошла к группе у противоположной стены, быстрый обмен репликами – и гости в строгих костюмах направились к выходу. Не то чтобы они торопились, но двигались целеустремленно; некоторые из них, в том числе двое харлийских энбоно в официальных изумрудно-зеленых плащах, бросали вскользь напряженные взгляды на Тину и ее собеседника.
– Эвакуация дипломатов! – Лиргисо наблюдал за покидающей зал компанией, не тая ухмылки. – Их предупредили, что я здесь. Тина, все же как тебе нравится то, что Тлемлелх, Живущий-в-Прохладе, пригласил на свою вечеринку харлийскую деревенщину?
– Почему бы и нет, если харлийский посол поздравил Тлемлелха с наградой?
Лиргисо скорчил ироническую, утомленную и вместе с тем снисходительную мину, потом откинулся на спинку дивана, прикрыл глаза и тихо произнес:
– Тина, как же я хочу его… Ты когда-нибудь сходила с ума от желания?
– Кого ты хочешь – харлийского посла?
– Фласс, гадость какая… – он, не открывая глаз, поморщился. – Надо же до такого додуматься! Я хочу Поля. Когда я укусил его, он закричал, это было чудесно… Подозреваю, что в прошлой жизни я был вампиром.