— Только благодаря вашим советам, учитель, — ещё более подобострастно сказал Марко, стараясь как можно чище произносить катайские слова.
Кланяясь и пряча сухие лапки в широченных шёлковых рукавах кафтана, словно пожимая ладони сам себе или пытаясь согреть их, старик пытался вести дежурную церемониальную беседу, но всё время косился на свёрток в руках Марка, его старческие лапки дрожали всё сильнее, он заглядывал Марку в лицо, силясь понять, что именно тот думает, а безупречная учёная речь старика лилась тем временем сама по себе, будто бы и не сам он говорил, а какая-то машинка в нём тараторила.
В конце концов Марко уверенным жестом прекратил излияния старика и прямолинейно спросил:
— Вы всё ещё хотите обладать этим мечом?
— Что меня всегда подкупало в ваших хозяевах и что, по всей вероятности, передалось вам, молодой мастер, так это прямолинейность, — растёкся в улыбке владелец гостиницы.
— Не уверен, учитель, что вам хотя бы что-то нравится во мне и тех людях, которым я служу, — ответил Марко. — Я не услышал вашего ответа.
— Я не уверен, что достаточно состоятелен для того, чтобы позволить себе выкупить у вас этот превосходный меч, — ответил старик.
— Вопрос не в цене, вопрос в вашем желании.
— Увы… — замялся старик, сокрушённо качая головой.
— Увы «да» или увы «нет»?
— Увы… Да, — кивнул старик, бросив быстрый взгляд на Марка, словно полоснув по лицу.
— Тогда почему же «увы»?
— Я не знаю, что вы запросите за него.
— Скажем так… Мне доподлинно известно, что вы являетесь основным бенефактором и жертвователем для одного даосского ордена.
— Ну… — сокрушённо повёл рукавами старик, — прошу учесть, что при этом я ведь помогал вашему хозяину…
— Мне сейчас решительно нет никакого дела до того, как упомянутый орден относится к Великому хану. Мне даже неважно, признаёте ли вы факт вашей связи с этим орденом.
— Но что же тогда?..
— Мне нужно кое-что узнать у того, кто известен как Седой Ху, ученик великого Чан Чуня, наследующий традиции бессмертного Вана Чунъяна, мастер «внутренней алхимии» и великий заклинатель духов. Того, что сидит напротив Главных дворцовых ворот.
— О, — понимающе кивнул старик.
— Известно, что, будучи погружённым в состояние внутренней молитвы, мастер Ху не разговаривает с обычными людьми. Но я знаю, что у вас есть… один предмет, вокруг которого одно время вёлся довольно напряжённый торг. И мастер Ху хотел бы получить его, причём настолько сильно, что он даже соблаговолил просить вас об одолжении лично. Я бы хотел обменять драгоценный меч императора на этот предмет.
— Об этом не может быть и речи! — рассердился старик.
— Из чего-то приходится выбирать. Всегда приходится выбирать, — цокнул языком Марко и достал меч полностью. Зеленоватое лезвие тускло сыграло на скудном свету, разбавленном бумажной занавеской. Старик вспыхнул.
— Откуда у вас такая осведомлённость в чуждых, казалось бы, вам делах?
— Кому-то, менее мудрому и сведущему в тонкого рода вещах, я бы мог ответить, что слишком много времени провёл с ночной стражей, чтобы от меня можно было бы утаить какие-то секреты. Но вам я скажу правду, — ответил Марко, с некоторым злорадством следя, как жадно старик смотрит на слегка подёрнутое патиной основание лезвия и как внимательно глядит на отсветы, бегущие по его кромке.
— М? — с деланным равнодушием поднял брови старик.
— Вам же известно, что я был в Канбалу во время бунта семьи Чэня Ванху? Что ж… через своего друга, принца Тогана, с которым мы крепко сошлись в аннамском походе, я познакомился с семьёй Чэнь поближе. Вам ведь известна девица Чэнь по прозванию Юйхуань, «Нефритовый браслет»? Любовница Тогана?
— Допустим, — кивнул старик. Марко быстро вбросил меч обратно в ножны, следя за реакцией старика, и продолжил:
— Тогда для вас нет секрета и в том, что семья Чэнь часто обращалась к даосам за помощью. Сегодня ночью по её приказу я убил императорскую кормилицу Хоахчин, старую ведьму, — сказал Марко, с наслаждением наблюдая, как глаза старика выкатываются из орбит от изумления. — Вы не знали, что я состоял в любовной связи с сестрой девицы Чэнь, императорской наложницей, известной ранее как Пэй Пэй? Хоахчин убила её. И сегодня я наконец отомстил. Сейчас Тоган готовит вторжение в Тайду, а моей задачей было подготовить почву, обескровив императора.
— Но…
— Тоган хочет добиться возвращения катайцев к управлению страной. И я хочу того же.