— Я мало что знаю о демонах, — ответил старик, буднично отхлебнув из чашки. — Я как-то говорил с твоим отцом. Забавно получилось. Он говорит, что вот, мол, есть Сатана, и имя ему Бафомет, и есть лик его, именем Айваз, и сойдутся они в апокалиптической битве с воинством архангелов… Не обижайся, но… Простовато как-то. Хотя чего от вас, белых варваров, ожидать?! Один бог, соответственно — один дьявол, — и библиотекарь скрипуче засмеялся. — Очень удобно и даже где-то практично. Я думаю, что всё несколько сложнее. Увы. Ты ведь видел их?
— Если отвечать в стиле нашей стражи, то есть не слишком умствуя, то я видел нечто ужасное, что проще всего посчитать за демонов. Я не знаю, демоны то были или нет. Но страшно было очень. И даже сейчас страшно.
— Тогда, наверное, это были они… На самом деле тебе проще было бы спросить об этом твоего тебетского друга. Я всё-таки больше по части книжных знаний спец. А вот он-то часто бесов заклинал. И кое-что об этом знает.
— Я пытался с ним поговорить… Так странно, я говорю об этом так, как если бы он был жив!
— Не страшно. Я ведь тоже жив весьма относительно, — усмехнулся библиотекарь, как показалось Марку, с некоторой долей горечи.
— Так вот… Я говорил с ним, и он ушёл от ответа. Точнее, я понял его ответ, но он, как всегда… считает, что «говорить в мире самсары, в общем-то, не о чем».
— М-да, в последовательности ему не откажешь, — засмеялся библиотекарь.
— По глупости ли либо благодаря каким-то другим обстоятельствам, но я пришёл к твёрдому убеждению в том, что они существуют. Теперь ты говоришь мне, что всё это не один Враг Человеческий. Что их якобы много. Час от часу не легче, как говорится.
— В демонологии есть лишь одна проблема. Чтобы что-то понимать в классификации демонов, нужно проникнуть в их мир, увидеть их, сохранить более-менее трезвое состояние рассудка и, вернувшись в этот мир, внятно что-то рассказать. Люди, опрометчиво уходившие в мир демонов, были. Со второй частью задачи хуже. То, что оставалось от них после такого путешествия, можно было назвать лишь жалкой карикатурой человека. Однако твой друг Шераб Тсеринг как-то мельком рассказывал мне о демонах, комментируя один старый труд, копию которого я потом случайно утратил при переезде в новую столицу. Если доверять его словам, штука в том, что нет какого-то одного Сатаны, который бы управлял полчищами себе подобных.
— Та-а-ак… — озадаченно произнёс Марко, безуспешно пытаясь осмыслить слова старика.
— Представь себе восемь царств, враждебных не только человеку, но и друг другу. Восемь огромных царств, каждое из которых никак не меньше того мира, который ты можешь видеть, слышать, осязать и так далее каждый день. В этих царствах есть всё, что есть здесь, в Поднебесной. Там есть язык, на котором они говорят, отличный от нашего, но отличный и от языка других царств. Там есть дороги, дворцы, хижины, знать и челядь, воины и те, кто их обслуживает, есть чиновники и есть поэты, есть повозки и есть лошади, которые их везут, есть горшечники, торговцы рыбой, мясники, ткачихи, рыбаки, нищие. Там есть всё, что ты можешь видеть, выйдя за пределы дворца. Но все эти существа — демоны. Конечно, их миры не так похожи на наш, как я сейчас их описал. Но это полноценные миры. Может быть, вместо воды там течёт огонь, а вместо растущих деревьев там полыхают языки болотного газа. Но это не меняет сути. Там есть и леса, и моря, и города. Ты представляешь себе это?
— Да, — неуверенно сказал Марко, пытаясь осилить масштаб предложенной картины.
— И это только восемь больших царств, а количества малых я не помню. Оно исчисляется десятками. И когда о них говорят «малые», это не означает их малости как таковой. Они невелики лишь по сравнению с этими основными царствами, как страна Мянь или Аннам малы по сравнению с Поднебесной или Великой степью. Но это такие же страны. И в них тоже есть князья, генералы, солдаты, домохозяйки. Все существа. Забавно представить себе, например, что за существо могло бы быть сторожевой собакой возле дома демона? Или каков бы мог быть его конь? Или как бы демоны могли заниматься любовью? Я думаю, это весьма разрушительное зрелище, — закряхтел библиотекарь старческим трескучим смехом.
Марко подождал, пока старик откашляется, и налил ему ещё чаю. Библиотекарь с благодарностью принял чашку и продолжил:
— Некоторые, прибывшие с Шерабом Тсерингом в первом тебет- ском посольстве сюда, к нам, совершали интересный ритуал. Помню, я спросил твоего друга, что это за песнопения. Красивые и одновременно завораживающие мощью. Он ответил, что его друзья-колдуны призывают демона, который — это мне показалось странным, но я не привык возражать чужим религиозным взглядам, — так вот, этот демон дал обещание защищать людей от других демонов. Деталей я не помню, но тот демон воплощал Тень Земли. Впрямую его имя просто так не называли, ибо только… э-э-э… обходное название, такое описательное, можно без опаски употреблять. Я понял, что демоны могучи настолько, что ведут себя в нашем мире как слоны в посудной лавке. Кстати, Шераб Тсеринг не любил слово «демоны». Я думаю, вполне логично предположить, что если кто-то поклоняется «добрым демонам», то есть и те, кто поклоняется злым. Но вот только каким демонам поклоняются те, кто противостоит тебе? Я не знаю… Глупо сражаться со всем этим в одиночку. Тебе нужен союзник.