"На принца запала, что ли? — подумала Машка. — Ревнует? Да не, у нее явно с бугаем какие-то шуры-муры…"
Она всегда такое просекала на раз-два. Только с Элаем получилась непонятка. Она-то думала, что понравилась высочеству, а оно – жениться едет, гад!
"Что ж ты мне так улыбался, подлец? Разве нормально вот так улыбаться, когда у самого свадьба на носу?" — разозлилась было Машка еще больше, но потом вдруг поняла: этот придурок по жизни такой улыбчивый.
Это же было очевидно с первой минуты!
Машка кинула косой взгляд на Элая и тут же отвела глаза. Обойдется! Не будет она на него смотреть. Уж лучше на что-нибудь... что-нибудь... О, да хотя бы на странного в балахоне!
Дэйр медленно бродил между телами поверженных противников, что-то высматривая у себя под ногами.
Машка бросила на него всего один косой взгляд, просто, чтобы подтвердить себе же собственные мысли о том, что способна смотреть на кого-нибудь, кроме принца, но Дэйр — еще один гад! — как раз в этот момент поднял голову. И уставился ей в глаза.
Вопросительно выгнул бровь.
Машка скрестила руки на груди, мол, а что такое? Куда хочу — туда и смотрю.
Дэйр никак не ответил — снова уставился себе под ноги. Сделал еще один медленный шаг, а потом еще один.
Машка уже решила было, что ему просто нравится зрелище, более того: собралась было обидеться, что покромсанные на кусочки рыбы человеку интересны больше, чем она, симпатичная, между прочим, девушка, глядящая в его сторону. И даже успела подумать: "Ну а ты видела его, Маш? Естественно, ему какая-нибудь фигня нравится, а не красивые бабы…"
Но тут он произнес:
— Заметите мой кинжал — дайте знать.
Значит, не просто так рыб рассматривает. Кинжал, значит, ищет. Или повод порассматривать рыб.
В ответ ему донеслось неохотное, разрозненное угуканье.
Кажется, все устали. Это Машка просидела на коне всю битву, а они сражались. Теперь и по полю в поисках оружия бродили, чуть не спотыкаясь, и сидели так, что, казалось, сейчас упадут. Только бугай не подавал признаков усталости, более того, он с конем беседовал — поглаживал того и что-то ему приговаривал.
"Лучше б ты с рыжей нежничал, чем с лошадью, тогда б она на меня так грозно не зыркала!" — обиженно подумала Машка.
Чертов принц испортил все настроение, и она обижалась теперь на всех вокруг. И на Дэйра, и на Риза, и на коня…
"А все потому, что зубы нельзя выбить, — решила Машка. — Вот выбила бы — и все. И гештальт завершен".
А ведь так хорошо все начиналось! Принц, новый неизведанный мир, ван-гоговские краски, улыбки, взгляды…
"Так, Мария, соберись!"
Машка выдохнула. Киснуть из-за мужиков она себе никогда не позволяла.
"Едешь жениться, значит, принц Элай? Ну и ладненько! Ну и флаг тебе в руки, барабан на шею! Подумаешь, принц! Да у меня таких принцев… У меня вот и Толик вполне себе принц!"
Дэйр подходил все ближе, а оказавшись в шаге от Машки, вдруг стремительно подался вперед. Машка отшатнулась, но он лишь склонился над поверженным противником и резко выдернул кинжал из глазастой рыбьей башки.
Поднял на нее взгляд, острый и пристальный — будто ножом резанул. А зеленые глаза — змеиные! Ему не светлый балахон надо — черный. И черный колпак на голову, или что там положено злым колдунам носить… Впрочем, балахон уже не больно-то и светлый: рукава в крови по локоть.
— Я же просил, — проговорил он и поднялся так резко, что Машка снова дернулась. — Дать знать.
— А я знала, что это твой кинжал? — возмутилась она в ответ. С готовностью возмутилась: не Элаю зубы выбить, так хоть с этим поругаться.
Риз оторвался от коня, рыжая, расслабленно сидевшая на пне, полоснула очередным убийственным взглядом. Элай, закончивший, наконец, протирать меч, сунул тот в ножны и с готовностью двинулся к ним.
"Мирить идет, — поняла Машка, — нужно срочно ругаться, пока не дошел".
— Ты подпиши в следующий раз или ленточку цветную завяжи! Розовую, например! Говорят, розовый цвет хорошо заметен…
— Элай, — Дэйр глянул на подошедшего и открывшего было рот, чтоб успокоить их, принца, — твоя находка не в себе.
Прозвучало холодно и одновременно равнодушно. Как ведро холодной воды на голову, честное слово!
— Я понимаю, что она распереживалась во время битвы, но уйми ее как-нибудь, ладно?
Развернулся и двинулся к своему коню.
— Я распереживалась?! — возмутилась Машка ему в спину. — А кто, как дурак, полез в одиночку на толпу морлоков?! Остальные хоть какой-то тактики придерживались, а ты чего психанул? Ты вообще не должен был в стороне держаться, чтобы потом всех лечить, если что?