"Нет, парень, серьезно, завязывай с этим, — подумала Машка. — Надо бы все-таки подговорить Дэйра жахнуть этих двоих любовными чарами. Это и не приворот даже будет. Видно же, что друг другу нравятся, но бугай до сих пор коня гладит, а рыжая — злая как сто чертей. А приласкали б, может, и подобрела бы".
Машка мотнула головой. Теперь ей показалось, что это ее зачаровали. Тут происходит какая-то темная история, а она думает об отношениях, да еще и не о своих!
Еще раз: она слышала звук. Дэйр, который к тому времени уже бродил по лесу, говорит, что звука не было. Жаль, что она так плохо ориентируется в ночном лесу. Вот хоть убей не ответит себе сейчас: пришел он тогда со стороны моста или с противоположной. Потому что если со стороны моста — то он, выходил, и сломал его, и врет вдобавок. А если с противоположной, то может, и правда не расслышал, как тот делал "Пшшш!"
Ладно, пойдем другим путем. Принц едет к принцессе, мост падает, вывод: кто-то хочет не пустить его к ней. Политика? Или личная неприязнь? У кого она может быть такой сильной, чтобы сломать целый мост? Да еще и не просто неприязнь — неприязнь к Элаю! К Элаю, в которого, кажется, невозможно не влюбиться!
"Ага... — тут же понял Машка. — Может, это, наоборот, слишком сильная любовь..."
Ну, Дэйр тогда тут точно ни при чем. Дэйр, кажется, слегка презирает всех тут собравшихся, более сильных чувств за ним замечено не было. А на мост ему вообще плевать...
Или он прикидывается.
Перед глазами всплыл его змеиный взгляд…
"То есть, — задумчиво уточнила у себя Машка, — выходит... Считаешь, Дэйр влюблен в Элая? Серьезно?"
"Да не Дэйр! — раздраженно ответила себе. — Но могли же его нанять, в конце концов!"
С другой стороны, а как он это сделал? В одиночку. Ночью. Сломал мост. Динамита-то у них наверняка пока не придумали. А если придумали бы — это было бы "БАБАХ!", а не "Пшшш..."
Надо выяснить, какие у него магические умения. Но его никто, кажется, не подозревает. Значит, волшебных ахалаем он тоже не может ничего сломать.
"Ты же не слишком легко его оправдываешься? — спросила у себя неуверенно. — А то знаю я тебя... Один раз пообжималась — и уже оправдываешь".
Но мотива у него нет. Явного, по крайней мере. И нет никаких доказательств, что это он, кроме того, что он не услышал шума. А если нет мотива и улик, то он не должен входить в число подозреваемых. Это она усвоила из сериалов про копов.
Срыв свадьбы может быть выгодным кому-то покруче, позначимее. Кому-то, кто наделен властью. Отцу невесты, например. Может у него на дочурку другие планы. И он так намекает принцу отступить.
Да и отца Элая она не знает. У того тоже могут быть другие планы на сына. Он же не будет ему прямо угрожать. Наследник-то нужен живой и невредимый! А вот так намекать — самое оно.
Машка вдруг загордилась собой. Почувствовала себя частным детективом из другого мира, который может трезво взглянуть на ситуацию.
"Я прям мисс Марпл! — подумала она, а потом вдруг передумала. — Не, та слишком старая. Я скорее Лисбет Саландер! Умная, отважная, и красивая! Без татуировки, конечно, но зато с почти что шрамом от молнии на лице!"
Но и на этом ассоциации не кончились.
"Маша, ты мейд ин Раша", — вспомнила она слова Толика, и подумала, что в российских реалиях она скорее Даша Васильева.
Окинула взглядом компанию своих попутчиков и резюмировала:
"Не-ет. Если уж я и Даша, то скорее, мать ее, путешественница!"
Глава 14
Девочка все бросала косые взгляды.
Но молчала. Впрочем, а что она могла сказать? Что слышала, как мост рухнул? Ну так это ее слово против слова Дэйра.
Элай шагал впереди, быстро, размашисто, тащил за собой коня, а девчонку — на нем. Потому что так решил. Всех — на коней. И вперед. Еще немного — сам галопом поскачет, вместо коня. И Лису на себе потащит.
Если найдет.
Рыжая уже давно скрылась в кустах, перекинувшись еще парой фраз с Ризом. И теперь уже Элай шел вперед, а Риз предупредительно перестроился в хвост отряда. Лиса же, вероятно, была еще дальше. Черта с два они пустят дорого принца первым на тропу — вдруг там ямка? Потому если дорогой принц спешит, то пусть ему кажется, что идет первым, что задает темп, а Лиса тем временем уйдет в тень деревьев. И все равно будет первее.
И все это знают.
И Элай знает. Но продолжает играть роль самого быстрого в отряде. Нервы так, что ли, успокаивает?
Потому что и правда занервничал. Но, как у него, дурака, принято, не о том. Нет, чтобы думать, кто и зачем это сделал — он переживает, что позже красавицу свою царственную увидит. Нет, чтоб искать причины и виноватых — он ищет возможности двигаться вперед поскорее.