Проблема была — Элай.
"Падай уже, придурок!" — сердито подумал Дэйр.
Элай, словно послушавшись, обмяк. Закрыл наконец глаза. Упасть, правда, не упал — противник крепко держал его, закрывая им себя.
"Рискнуть?" — подумал Дэйр, шевельнув пальцами.
Но не успел — очередной дротик, свистнув, больно кольнул в шею.
Падая, он попытался развернуться так, чтобы Маша упала сверху. Конечно, он не был слишком мягким человеком. Но упади он, такой не мягкий, сверху, Маше будет хуже.
"Какая уже разница…" — пронеслась в голове последняя мысль.
Но все равно — удерживая ее до последнего, уронил сверху на себя.
***
Машка проснулась от боли в шее и начала медленно поднимать голову — движение отработанное годами. Каждый раз, когда неудобно засыпала в маршрутке, мышцы шеи болели, и Машке приходилось медленно приводить их в чувство. Рука дернулась вверх, чтобы потереть ноющую область, но не поднялась.
"Что за нафиг?"
Ответ пришел быстро, Толик вез ее куда-то на машинке, а запястье попало под ремень.
Машка приоткрыла один глаз.
Ни дороги перед глазами, ни машины, ни Толика. Только страшные чужие морды кругом.
Машка закрыла глаз обратно и попыталась понять, отчего сердце заколотилось быстрее: от страха или от радости. Кажется, от всего сразу. Морды на фоне синих деревьев, конечно, пугали. Но деревья-то были синими! А значит, она всё ещё здесь. Значит, рядом Дэйр, Элай и остальные.
Маги, принцы и прыгающие по кустам Лисы были реальны. Машка не стукнулась головой, не напридумывала себе приключений во сне и даже, вроде как, не сошла с ума, но…
Но их поймали, связали и, возможно, будут пытать. Рожи — она снова на секунду осторожно приоткрыла глаз — вон какие страшные, явно же замыслили что-то недоброе.
Или убьют. Хотя зачем им убивать принца и Ко? Хотели бы — уже б убили.
Она приоткрыла второй глаз. Гулять так гулять. Спящей притворяться бессмысленно, они все равно не смотрят. Шепчутся там между собой, а ей не помешало бы оглядеться.
Первое, что бросилось в глаза — веревки. Связывать ребята явно умели. Ни пошевелиться, ни выпутаться.
— Да чего ты вертишься? — раздраженно спросили сзади, и Машка обернулась, насколько позволяла затекшая шея.
На нее, так же обернувшись, смотрел Дэйр.
"Нашли, блин, с кем связать спиной к спине!"
Нет чтоб мальчик-мальчик, девочка-девочка... Впрочем, соседству с Лисой она обрадовалась бы меньше.
— Да не верчусь я, я пытаюсь понять, насколько все плохо, — огрызнулась Машка, и отвернулась.
— От того, что ты вертишься, лучше не станет! — прошипел он, и как почувствовала Машка, тоже отвернулся.
Она надулась было, но потом поняла, что Дэйр это никаким образом не увидит, и решила продолжить изучать обстановку. Ну просто назло.
Элай был точно так же привязан к Лисе, как она — к Дэйру. Но оба были всё ещё без сознания и у другого края поляны. В них, наверное, больше дротиков воткнули, чем в Машку с Дэйром. Ну, логично, эти двое куда опаснее. А Риз вон, как самый опасный, вообще примотан к дереву так, что и двинуться у него не получится. Самый, значит, опасный...
"Ну погодите, — подумала Машка. — Вы еще не знаете, с кем связались!"
Да, Дэйр?
Ну а что — сову победил? Победил. Теперь и этих победит...
Правда, почему-то пока не спешит побеждать. Сидит тихо-тихо. И ей вертеться не разрешает.
Машка перевела взгляд на тех, кого надо было побеждать.
Сколько их было всего, было неясно, но сейчас на поляне стояло три уродливых мужика, одна не менее уродливая девица — страшный аналог Лисы — и мужик в капюшоне.
Судя по всему, этот главный. Заказчик? Предводитель отряда уродцев? Тогда ясно, чего в капюшоне: если предводитель, то, возможно, и самый страшный...
— Пст! — прошептала она. — Дэйр!
Тот только тяжело вздохнул. Но Машку одним вздохом не заткнешь! Она хочет спросить — она спросит:
— Что будем делать?
Она почувствовала, что он снова полуобернулся к ней. Напряглись мышцы под балахоном, пришла новая волна хвойного запаха...
Она где-то слышала, что в экстремальных ситуациях выделяется что-то там в крови, и люди, оказавшиеся рядом, начинают привлекать друг друга, хотя в обычно жизни друг на друга и не глянули бы. Это сейчас с ней происходит?
Интересно, а что думает он о ее запахе?
Черт, она ж сколько не мылась-то, а?
Ладно, опустим запах. Так вот. Интересно, у Дэйра тоже срабатывает вот это в крови? Или для него такая ситуация — не экстремальная? Может, они тут к такому привыкшие? Ну, подумаешь, поймали, связали... На них рыбы недавно дикие нападали, на ножках, между прочим.