Она осторожно убрала руку и поднялась. Еще раз окинула Дэйра беглым взглядом.
Чуть снова не зависла над ним надолго, но мотнула головой, словно пытаясь сбросить чары, которых могло и не быть. Ладно, с этим она разберется позже. Сейчас нужно освободить принца и горе-защитников.
Первым делом направилась к Элаю. Специально обошла с его стороны, чтоб не приближаться к Лисе. Проснется еще раньше времени, прирежет спросонья. И скажет, что это бандиты бедную Машу еще до ее пробуждения нашинковали. И ведь на помощь никого не позвать! Ори не ори — принца точно сейчас не разбудишь. Его то дротиком, то заклинанием. Хорошо если в кому не впадет после таких фокусов.
А то и этого надо будет будить поцелуем...
"И этого? — мысленно переспросила у себя. — То есть Дэйра ты уже будить таки настроилась?"
Кстати, о Дэйре.
Интересно все-таки, кто он такой. Ну, кроме того, что крокодил и Спящая красавица. Два в одном, блин! И теперь выходит, что уже три. Потому что он явно скрывает о себе правду и находится рядом с Элаем в облике совсем не того, кем Элай его считает.
И логично, конечно же, предупредить Элая. Как минимум, это было бы честно. Ну и возможно, более безопасно. А то так же просто, как просил ее всех тут убить, Дэйр может убить всех и в отряде. А Элая отправить еще куда-нибудь, хоть по кусочкам, хоть целиком...
А может, у них просто не принято быть страшными колдунами, а принято быть добрыми? И Дэйр никому не желает зла, просто он иначе не приживется нигде? И тут он наконец прижился, а Машка все ему обломает?
Надо будет поговорить с Дэйром.
Разбудить и поговорить...
Она покосилась на него через плечо. Мысленно возмутилась: "Вот так и тянет тебя его будить, да?"
Принялась пилить веревку, которой был связан принц.
"Ох, не умеешь ты, Мария, мужиков выбирать", — прозвучал внутренний голос с примесью маминых интонаций.
Машка нахмурилась. Вот о чем она вообще думает? У нее головорезы скоро на полянке как грибы после дождя повыскакивают, а она — о мужиках. Тьфу…
После нескольких режущих движений снизу, рванула лезвие вверх — и нож легко прорвал веревку.
"Вот, вот это дело!"
Резать путы на других было куда проще. Ей даже понравилось. И даже Лиса стала понятней. Все время кинжальчики свои подбрасывает, любуются. Надо бы и себе что-то такое завести. Магнитом только от гномов защититься получилось. С рыбами на ножках или вот с такими головорезами — не прокатит. Не Матильдой же махать, в конце-то концов!
С Ризом вообще было все просто. Того даже ловить не пришлось, когда веревки были разрезаны. Он прижимался к дереву спиной так, словно оно Лисой было намазано. И похрапывал сладко. Машке даже показалось, что слегка улыбался.
— Эй, пс… Рыжая говорит, если сейчас проснешься, она тебя поцелует, — выпалила Машка и тут же покосилась назад.
Лиса не дернулась. Риз всхрапнул.
— Или тебе конь больше нравится? Я в вашем мире новенькая, не освоилась еще. Не поняла, что у вас тут с симпатиями.
Реакции не последовало.
— Эх, ну что с вами делать?
Машка встала, отряхнула коленки от травы. Позади нее один из нападавших что-то простонал во сне.
"А вот это уже плохо".
Машка сунула кинжал за пояс и посмотрела на валяющихся на земле головорезов.
"Мне бы рулон скотча, да пару маркеров, — подумала она, глядя на главного. — Примотала бы вас друг к другу в неприличных позах. Деморализовала бы противника, так сказать".
Но у Машки было только три мотка веревки, один отобранный ножик, четыре спящих попутчика, бьющая ключом фантазия и походная косметичка в сумочке.
— Что ж, — вздохнула она, — может, хоть усы вам всем нарисую.
Но оказалось не до усов.
Во-первых, перерезанные веревки были слишком короткими. Во-вторых, морские узлы Машка как-то не удосужилась научиться вязать, а бантики были бы, конечно, красивым, но совершенно непрактичным решением. Вязала, в общем, как получалось, но не была уверена в том, что противники, очнувшись, тут же не развяжутся.
И в третьих, хотя это, наверное, во-первых, эти гады попадали слишком далеко друг от друга, да и от деревьев, потому вязать приходилось всех по отдельности.
"С другой стороны, — думала Машка, приноровившись уже на третьем бессознательном теле — страшной тетке, — это и хорошо. Если развяжутся, то хоть не все сразу..."
Что делать с тем, если развяжется хотя бы один — она еще не придумала. Оружие только убрала от них подальше, а в остальном — надеялась, что первыми в себя придут принц и ко. А еще лучше — Дэйр. Почему лучше, сама толком не могла себе объяснить. Наверное, потому что он, как выяснилось, злой и лживый гад, а такие умеют выживать среди кучи вооруженных негодяев. Ну и еще Машка отчего-то за него особенно переживала. Если он шарахнул своим волшебным ахалаем по всем сразу, то сам, скорее всего, был в эпицентре. А ахалай — штука загадочная, вдруг она своим эпицентром и пришибить может?