— Тебя тоже не заткнешь, понял? — прошептала Машка и снова провела рукой по его щеке. — Ты большой, злой и страшный... Давай, просыпайся. Ну, хочешь поцелую? Я сама не то, чтобы очень хочу, но вдруг поможет, а?
— Эй! — окликнули ее, и она, круто разворачиваясь, подумала было, что придется Дэйру снова восставать из мертвых, и снова без поцелуя, потому что сейчас она снова будет его звать. Ну а кого звать, если он один умеет вот так рукой махнуть — и всех победить?
И только потом, уже развернувшись, поняла, что голос был знакомым. И что зовет ее Лиса. Лиса сидела над Элаем, но смотрела не на него — на Машку. Пристально и убийственно. Некоторые вещи не меняются.
— Если ты закончила любоваться... — Лиса презрительно скривилась и кивнула в сторону Дэйра.
— Помочь теперь тебе полюбоваться? — широко улыбнулась в ответ Машка. — Ты, кстати, парнем не промахнулась?
Лиса на миг нахмурилась, пытаясь понять вопрос, но, видать, не поняла: выход из наркоза давался ей непросто. Или просто тупила.
— Почему они живы? — строго спросила Лиса и кивнула на связанных противников.
Тон точь в точь, как когда голодный Толик приходит домой и спрашивает, почему в холодильнике из еды — только мышь, которая повесилась.
— Вдруг допрашивать будем? — пожала плечами Машка, чтоб не объяснять, что то холодильник, а это — живые люди, хотя и не очень добрые. И живые, судя по взгляду Лисы, ненадолго.
— Почему мы проснулись, а мужчины нет? — задала Лиса второй вопрос тем же тоном.
— Слабаки! — отмахнулась Машка. Не, ну можно же и самой немного головой подумать. Риз здоровенный, Элай разговорчивый, и много возмущался, обоих нужно было утихомирить. Не объяснять же это все сейчас. Тем более, что тогда еще про Дэйра надо будет объяснить.
А Машка пока сама не понял, что ей про него объяснять.
Лиса снова нахмурилась. Машке даже показалось, что сейчас она рассердится, что ничего не понимает, и пырнет Машку ножиком, пока все спят. Но вдруг случилось чудо: Лиса едва заметно ухмыльнулась. Лиса. Ухмыльнулась. В ответ на ее шутку.
Впрочем, у нее были сейчас куда более насущные дела. У них обеих. Лиса поняла, что Элая так просто не поднять и направилась к Ризу.
Машка снова уставилась на Дэйра. Положила ладонь на грудь, облегченно вздохнула: сердце билось. Правда, все равно казалось, что он не дышит. Но так же не бывает... Или бывает?
Машка тихо чертыхнулась, потому что никак не могла вспомнить точно, но что-то подобное слышала на каких-то курсах по оказанию скорой помощи, куда ее случайно занесло, и которые уже давным-давно благополучно вылетели из головы.
Сердцебиение, вроде как, не значит, что он дышит. Дыхание надо проверять отдельно. А еще, кажется, перевернуть на бок. Или сделать непрямой массаж сердца. Или сделать, а потом перевернуть...
"Не могла внимательнее быть?! — мысленно возмутилась Машка. — Не могла догадаться, что рано или поздно окажешься в стране с синими листьями и полумертвыми колдунами? А их хоть можно по-нашему, по-человечески спасать, колдунов-то? Ладно, сердце, вроде, там, где и должно быть, значит, и остальное на месте..."
Машка тихо фыркнула своим мыслям и осторожно наклонилась к самому его лицу. Нет, конечно, она не собиралась его целовать. Она просто хотела услышать дыхание. Правда, для этого стоило бы, наверное, как-то развернуться, ухом куда-то приложиться, а не на него смотреть.
Тогда, наверное, было бы не так неловко, когда он распахнул глаза.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов