– Точно читать не будешь?
– У меня сложные отношения со временем. Когда-нибудь я вам расскажу.
– Да?
– Да. Я не хочу, чтобы мое время было убито. Пусть оно просто пройдет, понимаете?
– Как это?
– Вы ведь не убиваете вымирающих животных?
– Нет.
– Жизнь – это и есть время… определенное количество времени… кажется, что его много… а потом проснешься, и вокруг лишь трупы зарезанных часов, а никакой жизни уже не осталось.
– Куда тебе столько времени?
– Не знаю. Сколько-нибудь часов можно продать. Поменять на деньги. И вообще…
– Часто продаешь?
– Я бы продавал часто, да мало кто покупает. Так что обычно я дарю. Вернее, пытаюсь дарить.
– Знаешь что?
– Что?
– Странный ты парень, вот что.
В аэропорту предстояло сидеть до пяти часов утра. Сперва я пытался заснуть. Это было невозможно. Потом я начал считать, сколько времени сейчас в Петербурге. Потом я понял, что времени как раз столько, чтобы позвонить жене.
Переговорный пункт уже закрылся. Я спросил у женщины в «Информации», сколько будет стоить, если я позвоню с ее телефона в Петербург. Названная цифра меня устроила. Не устроило то, что, выдав мне телефонный аппарат, женщина по пояс высунулась из окошечка и внимательно слушала, о чем я разговаривал.
Я пытался встать к ней боком, отодвинуться как можно дальше. Но у аппарата был короткий провод.
Там, куда я звонил, стояли белые ночи. Трубку жена взяла почти сразу.
– Привет. Это я.
– Я не пропал.
– Так вышло. Пойми, просто так вышло.
– Нет… Нет… Я не оправдываюсь. Нет… Нет…
– С Сахалина. Это остров, около Японии… Я тоже не знаю, как меня сюда занесло…
– Нет, до этого я неделю был не на Сахалине. Расскажу, когда приеду… Скоро… Я приеду уже скоро…
– Мне наплевать, кто звонил… Тем более мне наплевать на голландцев.
– На тебя – нет. На тебя – не наплевать. – Я поэтому и звоню.
– НО ВСЕ ВЕДЬ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕ ТАК!
– Прости. Честно – прости. Я скоро буду.
– Помнишь вечер, когда я уезжал? Тебе не хотелось готовить, на ужин у нас была всего одна куриная нога, а нас было двое, и ты сказала, что не голодна, чтобы отдать ее мне… помнишь?…
– Да ни к чему. Просто вспомнилось.
– Я тоже тебя люблю. Сильно.
Я положил трубку и заплатил за разговор. Через полтора часа женщина в синей форме проверила у пассажиров билеты, велела подождать, а потом пешком отвела в самолет.
На поле стояли всего три самолета. В крошечный «Ил-18» нужно было взбираться по приставной железной лестнице. В нескольких метрах от самолета начинались заросли желтой травы.
Разбег перед взлетом был короткий и сильный, как удар в нос, вдребезги разносящий очки.
Уши закладывало, но стюардесса принесла мне минеральной воды. В проходе между креслами бегали сразу три собачки: пудель и две дворняги. Хозяева дремали в креслах.
Потом я заснул.
Чита – Иркутск (Расстояние: 800 километров)
Вы когда-нибудь заходили в туалет петербургского клуба «Хали-Гали»? Стена, на которой там висят писсуары, сделана прозрачной. Ровно за ней находится раздевалка стрипизерок. То есть, писаете вы практически на девушек. А в динамиках вздыхает и завывает немецкое порно.
Туалет железнодорожного вокзала города Читы был похож на сортир в деревенском кинотеатре. Проржавевший сток общего на всех писсуара. Цементированные дыры в полу, и по бокам – металлические упоры для ног.
Часы на здании вокзала показывали семь утра местного времени. Читинские бомжи спали, а пассажиры еще не успели подтянуться. Большинство надписей в здании вокзала и ближайших магазинах было продублировано по-китайски. В ларьках продавалась китайская лапша быстрого приготовления с портретами Кормчего Мао.
Помимо меня по зданию читинского вокзала слонялся лишь пожилой англоязычный кришнаит. Бритая голова. Сзади – хвостик вьющихся светлых волос. На шее – бусы. В руках – дорогая travel-сумка и ноутбук.
Из Узбекистана мне удалось вывезти приблизительно $300. Пребывание на Сахалине обошлось еще в $14. Плюс за $190 были куплены билеты на самолет до Петербурга. Итого оставалось $96.
Исходя из этой суммы, мне предстояло добраться из Читы до Новосибирска. Как выяснилось, Новосибирск отстоял от места, где я сидел, на три дня пути. Покупая билеты с пересадкой, я не думал, что здесь все настолько далеко друг от друга.
Пункты обмена валюты если и существовали некогда в Чите, то к моменту моего появления вымерли, так же как чуть раньше вымерли местные мамонты. Последние доллары мне пришлось поменять у постового милиционера, охранявшего выход на перроны. Пытаясь сбить курс, он отчаянно торговался.
Потом я пил кофе в вокзальном буфете. Это был плохой кофе, зато я знал, что до места, где продают хороший, уже недалеко.
За мой столик подсел очень толстый мужчина в аккуратной стрижке. Он повертел в пальцах ключи от машины и спросил, куда мне нужно ехать.
– Никуда. Я только приехал.
Мужчина помолчал и задал тот же вопрос еще раз. Я честно объяснил ему, что устал от парней вроде него. Хочу побыть один. Не надо ко мне лезть. Тем более с утра, ладно?
– А все-таки куда?
– Хорошо. Уломал. В Новосибирск.
– На поезде поедешь?
– Наверное.
Мужчина подробно, с перечнем промежуточных остановок, объяснил мне то, что имел в виду.