- Только не говори, что... - невольно округлил глаза я.
- Да! - с самым самодовольным видом сказал брат. - Это личное кресло Загра Победоносного, с его личного флагмана. А если еще точнее, из его кабинета. Наверное, там сейчас дикий ажиотаж на мостике...
Я закашлялся.
- Разве Отец не говорил, что так нагло вмешиваться в ход истории нельзя?
Брат поерзал в кресле и демонстративно сложил руки на груди.
- Ты всегда был заучкой, брат! - скривился он. - Я верну это кресло на корабль до того, как они найдут очередного «шпиона» и решат прогулять его в космос без скафандра.
Я невольно поморщился.
- Никогда не любил технические цивилизации эпох покорения космоса. Как по мне - так это конец почти любой расы.
- Мало того, что ты заучка, так еще и антикварная рухлядь! - рассмеялся брат.
- Не спорю, - кивнул я, с улыбкой, - Меч и арбалет мне всегда больше импонировали, чем модули и бластеры.
Мы оба рассмеялись.
- Как твои миры? - спросил я, когда окончательно убедился, что у брата не приключилось никакой беды.
Среди нас было непринято интересоваться отведенными мирами, если случилась проблема. Поэтому мы еще несколько минут поговорили, подкалывая друг друга и вспоминая прошлое. Брат позволил мне считать его ауру или, как он любит ее называть: «ментальное излучение», позволил убедиться, что ему не нужна помощь. И только после этого я решился на вопрос.
- Отлично! - с гордым видом, вампир водрузил руки на покатые подлокотники с потухшими индикаторами. - На Эюуо недавно закончил реформацию храмовников - больше кровавых жертвоприношений не будет. Кстати там у меня назревает весьма неплохой роман на ближайшую сотню оборотов. Похоже, я влюблен! На Хуфре у меня уже родился третий сын, поздравляй!
- Поздравляю! - рассмеялся я.
- Еще я закончил строить дом для второй жены! - с нескрываемой гордостью продолжил брат.
- Насколько я помню там большая проблема с землей для касты ремесленников, - нахмурился я, припомнив в какой личине брат пришел на Хуфр. - Стоит ли так привлекать к себе внимание властей?
- Пустое, - отмахнулся вампир.
- Как знаешь, - сказал я. - Только, когда я так разгулялся, сожгли все наше селение, а меня и мою жену казнили через костер. Еще десяток лет пришлось потратить потом на месть и на то, чтобы вызволить сына и дочь из рабства.
Брат сделал вид, что не услышал моих слов, а просто продолжил:
- На Сонжае я на днях выдаю свою десятую дочь замуж, можешь, кстати, заглянуть. Гостей будет больше пяти сотен, так что появления еще одного никто не заметит.
- Поздравляю! - я даже не удержался и похлопал в ладоши. Слишком уж хорошо помнил, как тяжело малышка выбиралась из раковины.
Кая оказалась самой слабой из всех детей брата, и он всерьез опасался, что девочка умрет. Его супруга могла и не пережить такого удара. Тогда мне, как старшему, пришлось вмешаться и немного помочь. Хотя учитывая, что брат не назвал Каю по имени, а только по числу, он, наверное, и сам не помнит странного старого лекаря, который сам едва не разваливался при каждом ползке. Что поделать у расы нагов первым всегда отказывает хвост, а я тогда явился в мир таким старцем, что меня милосерднее было бы добить. Смешно, но даже брат, родной брат, никогда не узнает - кто спас Каю. А я отдал бы многое, чтобы забыть: кто я в нашей большой Семье.
- Я, пожалуй, откажусь, - мягко отверг я приглашение. - Не думаю, что тебе нужны проблемы. Да ты и сам знаешь, что я уже давно не выбираюсь в Веер. Мне и здесь хорошо.
Не стал уточнять, что у меня уже давно нет своих Миров, за которые я бы отвечал. Ни к чему.
- Да-а... брат, по поводу этого... - темнокожий гигант замялся, сцепил длинные пальцы в замок и даже подался ко мне, смущенно опустив глаза, все четыре.
А я понял, что мое уединение кончилось.
- Что такое? - насторожился я.
- Матушка просит тебя прибыть к ней. Ее сильно беспокоит твое состояние в последнее пару эпох. Я слышал, что и Отец волнуется за тебя.
- Когда? - резко севшим голосом выдавил из себя я, уже зная: какова бывает Матушка в гневе. А учитывая мое состояние, да и отношение к своему бытию, в последнее время, другим ее состояние сейчас быть и не могло.
Брат окончательно сник.
- Сейчас, брат... - очень тихо сказал он.
Перед глазами все потемнело, а сквозь голос брата до ушей стали доноситься истошные крики.
- Рафалиан! Рафалиан! Где ты?! Рафалиан, демоново ты отродье, где тебя ханты доедают?! Раф, чтоб тебя...! - голос кухарки Саллы может поднять и мертвого.
Я поморщился, и сел, попутно сразу выдергивая солому из волос. Умная конская морда тут же полезла целоваться. Спать в стойле Лоира (коня лорда, подаренного ему самым Императором), мог только я. Зато мне точно никто не мог помешать. Конь редкой сине-черной масти и еще более редкой даумтовской породы, отличался припоганейшим нравом, но меня любил, точнее, знал, что я не тот, за кого себя выдаю.