Выбрать главу

    Жрец замялся. В итоге сообщил: просто хорошо проводил время.

    - В компании девушки лёгкого поведения?

    Арестованный кивнул. Дальнейшие вопросы вызвали бурный отказ отвечать, но соэр напомнил, что обвиняемый действует себе во вред.

    - Господин Веран, вы взрослый мужчина, а вы ведёте себя как девушка.

    - Вы и так знаете, зачем спрашиваете? - жрец покраснел.

    - Не из личного любопытства. Был приватный танец? - Обвиняемый кивнул. - Затем вы поднялись наверх. Для стандартных услуг? Или вы не поднимались наверх...

    - Да поднимался! - в сердцах выкрикнул арестованный. - И трахал её. Куда и в каких позах, тоже сказать?

    - Если это сопряжено с травмами, то да.

    - Я не бью женщин, не издеваюсь над ними,

    - Хорошо. Вы закончили, что было дальше?

    - Ушёл. За услуги я ещё в гостиной расплатился.

    - Охрана вас не видела, господин Веран, - покачал головой Брагоньер. - Вы не дух, чтобы просочиться через стены. Так где же вы были с момента окончания...хм... процедуры и до убийства госпожи Оны и девицы, с которой вы проводили время?

    Жрец задумался, растерянно взглянул на онемевшие руки. Паника отразилась на его лице.

    - Но я ушёл, - отчаянно повторил он. - Дагором клянусь! Они должны были меня видеть! И зачем мне убивать ту девочку?

    - На почве неприязни к её занятиям. Как хорошо вы обращаетесь с ножом?

    Жрец вопросительно уставился на Брагоньера, а потом в ужасе затараторил, что не способен убить живое существо. Соэр остался глух, повторив вопрос. Потом, вспомнив исследование магов, попросил жреца посмотреть себе в глаза. Тот повиновался и через минуту услышал невероятное: "Допускаю, что вы невиновны".

    Объяснение крылось в цвете радужки - она оказалась карей.

    Но у убийцы мог быть сообщник, тот, кто отвлекал внимание, поэтому надлежало выяснить, где жрец провёл те несчастные четверть часа.

    - Вы ушли...

    - Ну да, через "чёрный ход".

    Соэр недовольно взглянул на жреца, мысленно обругав за потраченное зря время. Нет, чтобы сразу сказать! Разумеется, тогда охрана его не видела. Но в связи с этим вставал другой вопрос: как жрец узнал о местонахождении потайной двери? Оказалось, её ему показали. Тот самый человек с фальшивой бородкой попросил выйти через "чёрный ход", сказав, что парадную дверь заклинило, и охрана чинит петли.

    За время допроса жрец взмок, но утереть пот не мог. Сжалившись, Брагоньер снял с бедняги заклятье и попросил подписать протокол.

    - Я освобождаю вас из-под стражи и перевожу под домашний арест до выяснения обстоятельств.

    Не читая, служитель Дагора поставил подпись на всех страницах и, не скрывая радости, переступил порог кабинета соэра. Тот, вычеркнув одну из записей в блокноте, набросал постановление о домашнем аресте Афраима ли Верана и, заверив печатью, в который раз за сегодня вызвал секретаря. Передав ей приказ, он приказал поторопить судебного мага и разместить в информационных листах объявление о розыске сероглазого тёмноволосого человека, проповедующего строгую мораль. Причина поиска не указывалась, обывателей просто просили сообщать о подобных субъектах в Следственное управление.

    Через час господин Крауст соизволил-таки положить отчёт на стол начальника. Самодовольно улыбнувшись, волшебник заверил, никто бы не смог проделать более полного анализа за такое время. Брагоньер пропустил бахвальство мимо ушей и погрузился в чтение, подчёркивая карандашом заинтересовавшие моменты.

    Судебный маг действительно оказался кудесником: установил возраст каждого мужчины и набросал схематичный перечень его отличительных черт, включая болезни. Жрецу, к слову, не помешал бы визит к врачу: застуженные почки могли дать о себе знать. Но преступник по всем выкладкам здоров. И, увы, с Миррой он не спал. На планке кровати тоже не его следы.

    А вот наряд для танца принёс пользу: с него считалась мужская фигура. Всё тот же широкоплечий человек с каштановыми волосами, ростом в шесть футов три дюйма. Лицо расплывчато, но клиновидная борода, вроде, была. Однозначно, это не жрец: тот тучнее и ниже. Но отпускать его Брагоньер пока не хотел: пусть преступник думает, будто предполагаемый убийца найден. Успокоившись, он не станет прятаться и попадёт в руки правосудия.