— Как так?
— Это дорога с односторонним движением, — объяснил Вуд. — Два объекта не могут существовать в одной и той же точке пространства-времени.
— Ты хочешь сказать, что два объекта не могут занимать одно и то же место в одно и то же время.
— Вот именно. Риджли не может вернуться домой, потому что наткнулся бы на себя самого. И тогда — взрыв или что-нибудь в этом роде.
Дю Броз посмотрел на него исподлобья.
— Да, это нелегко проглотить. Осечки…
— Я полагаю, что они передумали. Пришли к выводу, что нет смысла искать глубже во времени. И умерли.
— Минуточку. А почему Риджли не попытался уйти от нашей атаки в прошлое? Он ведь может, правда?
— Может, но хочет ли? Это ты у нас психолог.
— Да… это не для него. Он не может уйти от борьбы, пока не будет уверен, что проиграл. Но, допустим, что он сочтет себя побежденным и вновь ускользнет в прошлое, так и не воспользовавшись контруравнением?
— Не знаю. Даже если он вынужден будет сделать так, чтобы эта информация не попала в наши руки, он еще не проиграет свою личную войну. У него может быть в запасе что-то еще.
— Мы должны сломить его. До сих пор он отражал все наши атаки. Он подготовлен к защите от неожиданного, его не взяли даже проекции объективного безумия. Как же можно победить его?
Математик поморщился.
— Не знаю. Если мы будем давить непрерывно… Смутная мысль родилась в голове Дю Броза, и он сумел ее ухватить.
— Мутант… да! Билли Ван Несс! Вуд, мы сможем использовать его против Риджли?
— Почему бы и нет? Но что это даст? Мы проецируем уже кошмары разных психов.
— То обычные безумцы, — быстро возразил Дю Броз, нервно гася сигарету, — а Ван Несс обладает кое-чем особенным. У него вневременное восприятие. Нечеловеческая раса, совершенно чуждая нам, оставила ему наследство, которое ввергло его в безумие, как только он смог им воспользоваться. Вневременное восприятие проявилось у него, только когда он созрел. Потом — бегство в безумие. Не думаю, чтобы даже разум Риджли смог противостоять вневременному восприятию.
— Но зачем нам доводить его до безумия?
— Не забывай о его молниеносной реакции. Он поймет, к чему мы стремимся, и воспользуется контруравнением… вынужден будет воспользоваться. У него не останется времени разработать новую тактику. Если вневременное восприятие настольно опасно, как мне кажется, Риджли, едва почуяв его, запаникует и даст нам необходимую информацию. Только сможем ли мы передать на расстояние вневременное восприятие Ван Несса?
— Согласно ортодоксальной логике — нет, — ответил Вуд. — Но мы применим вариант, в котором такая трансляция возможна. Можно попытаться.
— Нужно приготовиться к возможной удаче. — Дю Броз повернулся к монитору. — Мгновенная мобилизация. По моему приказу использовать против фалангистов все возможности уравнения, которые мы до сих пор разработали. Дайте мне Календера… Господин Секретарь? Пожалуйста, будьте наготове. Приказ может прийти в любой момент. Массированная атака роботов на фалангистов.
— К этому мы готовы, — ответил Календер. — А что с обороной?
— Получив контруравнение, мы займемся ею отсюда. Вуд и его команда мгновенно обработают материал. Договорились?
Дю Броз отвернулся от монитора, он был напряжен и чувствовал холодок в желудке. Он боялся того, что должен был сделать.
Готовясь, они ни на мгновенье не прекращали давить на Риджли, однако тот, благодаря своей непреклонной силе воли был уже рядом с вертолетом. Пока Вуд в очередной раз проверял элементы уравнения, которые предстояло использовать, Дю Броз загипнотизировал мутанта и постарался подчинить себе его безумный, наполовину чуждый разум.
Сканер показывал Риджли, бредущего вперед с. глазами, горящими радостью битвы, необходимой ему как воздух.
Соединить разумы Риджли и Ван Несса — таков был план. Если же не удастся…
Наконец:
— Ты готов, Дю Броз?
— Готов.
Это было копье, способное пробить его панцирь, и он видел, как оно приближалось. В то же мгновение он понял, какое оружие использовали против него. Риджли проанализировал свои шансы, принял решение и сделал свой ход.
Он применил контруравнение.
Окружающий хаос улегся, под южным солнцем попрежнему расстилались пшеничные поля. В тридцати метрах дальше росла группа деревьев, закрывающая вертолет.
Отныне он был защищен, и уравнение не могло причинить ему вреда. Однако враги все-таки вынудили его открыть сущность контруравнения. Что ж, ладно, он мог еще улететь к фалангистам…
К счастью, он успел защититься, прежде чем связь с разумом мутанта достигла максимума. Но даже этот краткий натиск вывел его из равновесия, какое-то маленькое зерно засело глубоко в его мозгу и затаилось, чтобы прорасти в подходящий момент.