Элак молча посмотрел вверх. На вершине внутренней стены виднелась жуткая фигура, казалось, вырезанная из темного камня — существо, которое могло происходить из любого из Девяти Адов. Огромное, приземистое и мерзкое, оно, казалось, висело над двором, грозно карауля его. Из уродливых плечей росли широкие крылья. Элак чувствовал зло, таившееся в этом создании, и ему казалось, что маленькие глазки внимательно разглядывают его.
— Идем! Барбакан открыт!
Черный конь друида двинулся вперед, и в ту же секунду Элак скорее почувствовал, чем увидел, как чудовище падает вниз, махая крыльями и вытягивая убийственные когти. Он вонзил шпоры в бока своего жеребца и толкнул его на коня Далана, вырвал из ножен свой меч и, не целясь, ткнул вверх.
Удар тяжелых крыльев выбил оружие из руки, а самого Элака швырнул на камни. Элак схватился с чудовищем, о котором только что думал, что оно вырезано из камня, с уродом, вызванным к жизни черной магией Эльфа. Измученный битвой Элак не был достойным противником для адской твари. Клыки все ближе подбирались к его горлу, он чувствовал зловонное дыхание на лице.
И вдруг тяжесть, давившая на него, исчезла; переводя дыхание, Элак увидел, как Далан поднимает чудовище над головой. Страшная сила таилась в толстом друиде; он швырнул корчащегося урода на камни двора и прыгнул на него. Кроваво сверкнул меч…
— Клянусь Бэлом, — буркнул Элак, поднимая с земли свой меч, — никогда прежде я не видел такого животного. Это был демон, Далан?
— Никто его не видел, — заметил друид, разглядывая мертвое тело чудовища. — Демон — подходящее название для этого древнего создания. Эльф поставил его здесь, чтобы оно стерегло ворота. Но… — Он махнул мечом. Если бы я с такой же легкостью мог перерезать горло чародею… Ну ладно! Оставь коня, Элак, дальше пойдем пешком.
Укрытый в нише Гарникор смотрел и ждал. Когда Элак с Даланом переступили порог и исчезли в подземельях крепости, он выскочил из своего укрытия и последовал за ними.
Со стороны холмов приближалась группа всадников с Гатрамом во главе. Они погоняли лошадей, кричали, и лишь король викингов молчал, сжимая в руке боевой топор, на лезвии которого засохли темные пятна крови.
— К темницам, — сказал Далан, торопливо шагая пустыми коридорами. — Я знаю дорогу, часто видел ее в своем кристалле. Быстро!
Друид словно чувствовал близкую опасность.
Они шли по высоким сводчатым туннелям, и Элак с любопытством заглядывал в боковые ответвления, ведущие в таинственные подземелья крепости; спускались вниз по крутым лестницам, слабо освещенным или совершенно темным; пробегали через залы, где находились сокровища, достойные королевских дворцов. Никто не попался им навстречу. Огромная цитадель была пуста, по крайней мере, такое создавалось впечатление. Они спустились глубоко под землю и наконец дошли до металлической двери, украшенной странными каббалистическими знаками. Здесь Далан остановился.
— Вот сердце замка Эльфа, — тихо сказал он, — здесь он держит твоего брата. Смотри, Элак. — Друид вынул какой-то предмет, завернутый в ткань, снял ее и показал короткий нож, вырезанный, как казалось, из хрусталя. Он таит в себе могучие чары, — объяснял он, подавая нож Элаку рукоятью вперед. — 0н убьет даже чародея, хотя никакая земная сталь не сможет его ранить. Это жертвенный нож друидов.
Элак склонил голову и сунул нож за пояс. Далан повернулся и открыл металлическую дверь. На мгновенье обоих ослепила яркая янтарная вспышка, но вскоре зрение вернулось к ним, и они переступили порог…
Они стояли на платформе, вырастающей из каменной стены, которая уходила вверх, в стороны и вниз, в необозримый простор янтарного сияния, обжигающего глаза. Перед собой они видели только тучи — янтарные клубы, непрерывно передвигающиеся, кружащие перед ними наподобие морских валов, светлые, как пламя, и все-таки холодные и липкие, как туман. Элак невольно отпрянул, пораженный необычным зрелищем.
— Спокойно. — Могучая рука друида сжала его плечо. — Спокойно. Нас ждет опасная дорога. Смотри!
Что-то появилось в поле зрения слева: черный предмет, похожий на большой шар, сплюснутый сверху. Висевший безо всякой опоры в янтарном тумане, он беззвучно подплывал все ближе, пока не остановился в футе от платформы, на которой они стояли. Теперь Элак видел, что это и вправду шар, пустой внутри, как огромный кубок или большой выеденный апельсин со срезанной верхушкой.
— Поедем на нем, — прошептал Далан. — Иди за мной.
Он подошел к краю платформы и прыгнул. Его большое тело в коричневой рясе на мгновенье повисло над золотистой бездной, а потом опустилось внутрь шара. Тот даже не дрогнул.