«Я расстроилась не поэтому», – все-таки отозвалась моя попутчица.
«А почему?» – спросила я.
«Этот мальчишка хочет убить Эда. А Эду все равно! Как можно относиться к своей жизни настолько безразлично?»
«Мне кажется, дело не в этом».
«А в чем?» – поинтересовалась Тьма.
«В том, что Эдмонд начал считать Феона другом. Он вообще не собирается его убивать и надеется избежать непоправимого».
Почему-то мне сейчас казалось именно так. Тьма все равно недовольно ворочалась в груди. Странно, но мы с ней поладили. Если бы только она не пыталась испепелить все, что меня окружает. А главное, меня удивляло ее отношение к Эдмонду. Поначалу казалось, что он ее сдерживает, а она пытается вырваться. Зато сейчас я не была так в этом уверена. Скорее, Тьма оберегала канцлера Виардани – уж как умела. И где-то в глубине этой темной силы теплилась привязанность.
– Уснула?
Поняла, что, увлекшись разговором с Тьмой, едва не пропустила момент, когда все остановились.
– Простите, – соскользнула с лошади.
На меня особо никто не обращал внимания. Заметила только, что теперь все будто держались отдельно друг от друга. Если днем мы обедали вместе, то теперь Конни и Феон сохраняли дистанцию с Эдмондом и со мной. Даже плащи расстелили чуть поодаль. Боятся? Я тоже боялась. Хотя раньше – больше. А сейчас…
Покосилась на канцлера, который спокойно доставал еду из дорожного мешка. Невозмутимый человек. Как можно оставаться таким бесстрастным, когда от тебя шарахаются друзья? Но Эд делал вид, что все в порядке. Может, для него это и было в порядке вещей? Я снова покосилась на Конни и Феона – и села рядом с Эдмондом.
– Замерзла? – спросил он, не оборачиваясь.
Что? Я удивленно моргнула.
– Да, – ответила запоздало.
– Извини, огонь развести не получится. Слишком заметно.
– Ничего, в твоем теле постоянно холодно.
– Да уж, – в голосе канцлера звучала улыбка. Он протянул мне кусок хлеба и мясо.
Только теперь я поняла, насколько голодна, и впилась зубами в пищу. Странная аура, окружавшая канцлера Виардани, никуда не делась, но удивительным образом перестала пугать. Да и что бояться, если видишь перед собой – себя?
– Сколько нам еще ехать? – спросила Конни, стараясь растопить лед, который возник между ними.
– Часов пять, – ответил Эд. – Может, чуть меньше.
– Уже скоро.
Да, скоро. Или мы найдем способ поменяться телами, или… А что, если нет? Смириться? Никогда не смогу. Да и Эдмонд тоже, это было понятно без лишних слов. Украдкой вздохнула. Еды не особо хватило, чтобы утолить голод, но жаловаться я не собиралась. Конни и Феон завозились, укладываясь спать. А у меня зуб на зуб не попадал от холода. Судя по погоде, стоит ждать раннего снега. Какой уж тут сон? Не помогала даже усталость. Я сидела, сжавшись в комок, и прислушивалась к ночной тишине, нарушаемой лишь шелестом ветра и редкими вскриками птиц.
– Спи, – послышался голос Эда. – Я покараулю.
– Не хочется, – обернулась к нему. Говорила шепотом, чтобы не разбудить Конни и Феона.
– Зря.
Подумала, посомневалась – и придвинулась к нему. Мы сидели рядом, от моего тела, которое временно принадлежало канцлеру, исходило тепло. Эдмонд вздохнул и приподнял полу плаща:
– Садись уже.
Я не стала противиться. Тем более что Тьма довольно мурлыкнула, когда он осторожно привлек меня к себе, накрывая плечи плащом. Сразу стало теплее.
– Ты зачем меня подстриг? Еще и… так?
Эд удивленно уставился на меня. Глаза при свете луны различали каждую черточку его… моего лица. Так странно.
– Неудобно было, – будто смутившись, признался он. – Я и с этой стрижкой едва управляюсь.
– Заметно. Придется магией ускорять рост. Видела бы меня Сиана, она бы с ума сошла от ужаса.
– Сиана – храбрая девушка, – согласился Эдмонд.
– Откуда ты знаешь?
– Она помогла мне сбежать от стражи, которая тебя искала.
– Расскажи, – потребовала я.
Страх исчез окончательно. Я опустила голову на плечо Эдмонда и слушала историю его приключений, едва сдерживая смех. Что ж, рассказчиком канцлер тоже был отменным. Как только представляла себе тетушку Сианы, со шваброй в руках штурмующую чердак, сразу становилось безумно весело. Затем Эд вкратце обрисовал встречу с Феоном. Тут уже стало не по себе. Я заметила, что остальные события Эд излагал в сильно сжатом варианте. Но я понимала, что за его рассказом стоит опасный путь, который едва не стоил ему жизни.
– А что было в столице? – спросил Эд, и тут уже настала моя очередь говорить. Я тоже не вдавалась в подробности. Упомянула лишь визит принца Шаймиха, изобличение меня королем и гибель Шейлы. Эд не перебивал, не задавал вопросов, но лицо его выглядело суровым и сосредоточенным.