– В-ваша светлость, – пробормотал парнишка. – Вы?
– Я, – кивнул. – Имя?
– К-кессель. Ант Кессель. Старший служащий Аури.
– Бывший старший служащий, – поправил я.
– Но почему? Я же н-не знал, что это вы. Прошу простить.
– Своего канцлера надо знать в лицо, – хмыкнул я. Шутил, конечно. Скорее, не в лицо, а в маску.
Но Кессель воспринял все слишком серьезно:
– Прошу прощения, не узнал.
– Допустим. – Я сдержанно кивнул. – Тогда отвечай на вопросы, Ант Кессель. Во-первых, кто дал тебе право вершить суд от моего имени?
– К-какой суд? – Тот вытаращил глаза. – Это дом государственной преступницы, объявленной в розыск по всему Виардани. Я лично способствовал ее аресту.
А в глазах-то не просто страх – кромешный ужас. Кессель прекрасно понимал, насколько зыбки его обвинения, но привык, что здесь, на задворках огромного королевства, он – король и бог.
– С каких это пор исцеление раненого приравнивается к государственному преступлению? – холодно спросил я. – Или этот закон приняли без меня?
– Н-нет, ваша светлость.
А Тьма чуть сильнее сжала тиски, и Кессель затрясся, стараясь сохранить остатки воздуха.
– Но индекс… – пролепетал он.
– Индекс – что? Алессия Адано требовала с вас деньги за помощь? Или же, может быть, с помощью магии пыталась вас убить? Не надо списывать на индекс подлость собственной души!
– Прошу простить, – пролепетал Кессель.
– Прощения не будет. Но у меня остались еще вопросы. Например, напомните, любезный Кессель, когда это я отдавал приказ разорить дом покойного маршала Лейсера и уничтожить его семью?
– Мы пришли с обыском, – пытался оправдаться этот почти что покойник. – А сын маршала на нас напал, и мы…
– Убили его сестру, которая на вас не нападала.
– Это была случайная жертва!
– Феон? – обернулся я.
Лейсер стоял за спиной, сжимая кулаки в бессильной ярости. Как еще не вмешался?
– Илана открыла им дверь, – тихо ответил он, но едва слышный голос был страшнее крика. – Они схватили ее, затащили в дом. Я кинулся на помощь. Они отшвырнули меня, избили, а Илану убили, потому что сопротивлялась. И тогда… тогда я убил одного из них. Я был при смерти, и меня оттащили к Лессе. Решили одним выстрелом убить двух зайцев.
– Ты слышал, Кессель, – я снова обернулся к главному служащему. – Признаешь ли ты свою вину?
– Да, – тот опустил голову, поняв, что окончательно пропал.
– Почему вы пришли в дом маршала Лейсера?
– Хотели ограбить.
– Не верю! Или ты говоришь правду, или умирать будешь месяц, клянусь.
– Нам приказали. – Кессель едва не терял сознание от страха.
– Кто?
Кессель молчал.
– Ты все равно уже не жилец, но я могу дать тебе быструю смерть. Отвечай: кто?
– Граф Лоран Адильи, хозяин этих земель.
– Хозяин этих земель – король. А граф Адильи скоро будет болтаться на главной виселице Виардани.
Адильи, значит. Соучастник маршала в заговоре. Я подозревал, но ничего не смог доказать. А без доказательств Венден не стал меня слушать. Адильи побоялся, что Феон и его сестра что-то знают? Девушку убили, Феона… должны были казнить, и казнили бы, если б не вмешательство Лессы. Или искали что-то в их доме? Увы, Кессель был только пешкой. Разыгранной картой.
– Феон, попроси Лессу найти для меня бумагу.
Сын маршала, все еще сжимавший кулаки в бессильной злобе, не сдвинулся с места.
– Отдай Кесселя мне, – попросил тихо.
– Нет. Он ответит по закону. Бумагу!
Феон нехотя ушел в соседнюю комнату, а вернулся с листом и пером. Дело оставалось за малым – подписать приказ о казни Кесселя и аресте его помощников, и я подписал. Печать мне не требовалась – вместо нее всегда оставлял отпечаток тьмы, который нельзя подделать.
– Сейчас ты возьмешь этот приказ, – сказал Кесселю, – и вместе с друзьями пойдешь в городскую канцелярию. Если ты туда не дойдешь, я найду тебя даже на краю света, и ты пожалеешь, что не умер раньше. Тьма, проследи.
«Я тебе собака, что ли?» – обиженно фыркнула та, но Кесселя и его подручных уже вынесло за порог, а я обернулся к Феону. Тот стоял, привалившись спиной к двери, и смотрел на меня как-то странно. То ли благодарить собирался, то ли бить.
– Что-то не так? – поинтересовался я.
– Ты приказал его казнить…
– Да. Потому что не отдавал приказа ворваться в ваш дом и нанести хоть какой-то вред. Ты не был замешан в заговоре отца. Так зачем?
– Ты уверен… уверен, что мой отец… – И Феон опустил голову.