— Думаешь, мне придется еще раз использовать новую пулю? — уныло спросил парень.
— Думаю, что еще не раз, — с садисткой улыбочкой ответил Реборн, хотя на душе скреблись кошки. Что еще задумал старый хрыч для проверки своего наследника?
***
Тсуна зашел в суши-бар, принадлежащий отцу Такеши, за стойкой стоял мужчина средних лет. Он ловко нарезал рыбу, готовя очередное блюдо. Приход нового посетителя он заметил сразу и, кивнув в знак приветствия, указал на дверь за своей спиной. Тсуна вежливо поздоровался и, пройдя по небольшому коридорчику, остановился перед входом в комнату Такеши.
— О, Тсуна! — как только шатен поднял руку, чтобы постучать, дверь распахнулась, и перед ним предстал его друг, широко, но натянуто улыбаясь. — Проходи, все уже собрались. Я сейчас вернусь, возьму еще суши.
Тсуна кивнул и вошел в комнату. Атмосфера была напряженная, казалось, еще чуть-чуть, и начнут летать молнии. Все молчали и взглядом сверлили Рокудо Мукуро. Гокудера стоял у стены и недовольно хмурился и, как бы невзначай, крутил в руках динамитную шашку. Реехей боксировал с невидимым соперником, то и дело скашивая взгляд на иллюзиониста. Ямамото, не выдержав давления, смылся за новой порцией суши. А Кея… казалось, еще немного, и он прожжет между глаз Мукуро дырку. Сам же иллюзионист насмешливо скалился в ответ, будто не чувствуя напряжения.
Тсуна вздохнул и сложил руки на груди. Ну и как действовать в этой ситуации? Да, он хотел увидеться с Мукуро, но один на один. Без всех этих убийственных взглядов и оружия. Надо было насторожиться, когда Реборн предложил свою помощь, но тогда Тсуна не придал значения его чересчур довольной ухмылке. А зря…
«Давай, Тсуна! Ты же будущий босс!» — мысленно подбадривал сам себя шатен.
— Так, парни, хватит, вы скоро дырку в нем прожжете, — сказал Тсуна вместо приветствия и подошел поближе к Мукуро, удобно расположившемуся на кровати Ямамото. Комната не была рассчитана на такое количество людей, поэтому Гокудера и Кея подпирали стену, а Тсуна, не долго думая, сел неподалеку от иллюзиониста. — Реборн вам уже что-нибудь рассказал?
— Все. Кроме того, что он здесь делает, — Хаято выразительно посмотрел на Мукуро. Иллюзионист лишь фыркнул на эти слова. В комнату вошел Ямамото с целой тарелкой суши. Поставив ее на стол, он сел на подоконник и уже оттуда наблюдал за происходящим.
— Значит слушайте, — слова Тсуны тут же заставили парней напрячься. Взгляды всех присутствующих скрестились на шатене, заставив его слегка занервничать от слишком пристального внимания. — Так, начнем с того момента, когда я победил Мукуро. Будем считать это начальной точкой, потому что все, что происходило ранее, вам должно быть известно, — Хаято за всех кивнул, подтверждая слова Тсуны. Он был невероятно горд за своего босса, хотя и не сомневался в его силе. — После этого в зал прибыли Виндиче. Как я понял, это тюремщики, что следят за соблюдением негласных законов мира мафии. Они должны были забрать Мукуро и запереть его до конца его дней…
— Там ему самое место, — негромко фыркнул Кея, но его все равно все услышали. Тсуна метнул недовольный взгляд в друга, но не упрекнул его ни в чем. Он имеет право злиться.
— Во время нашего боя я понял, что Мукуро не настолько ужасен, как мы о нем думали. Ему многое пришлось пережить, что сказалось на его характере и поступках, но я знаю, что душа у него добрая, — все без исключения смотрели ни шатена с нескрываемым скепсисом. Даже Мукуро скосил на парня свои разноцветные глаза, ничуть не смущаясь, что о нем говорили в его присутствии, но тем не менее удивляясь откровениям шатена. Тсуна закатил глаза и всплеснул руками. — Я чувствую это, ясно? К тому же, если бы Мукуро был по-настоящему злым, все те ученики, что пострадали, были бы мертвы! Ведь так поступают настоящие злодеи? Убивают, насилуют, расчленяют… мне продолжать?
— Расслабься, зверек, ты читаешь слишком много манги, — примирительно протянул Кея. — Нам просто сложно поверить, что, после всего произошедшего, Мукуро не представляет для нас угрозы.
— Я не собираюсь вам вредить. По крайней мере в ближайшие восемь лет, — впервые подал голос иллюзионист. Он говорил искренне, и это почувствовали все. — Тсунаеши-кун договорился с Виндиче, и мне дали испытательный срок. О таком я мог только мечтать. Теперь, если, как выразился Тсунаеши-кун, я буду вести себя хорошо, то смогу до конца дней жить под солнцем, а не на нижнем уровне тюрьмы. Думаете, я настолько глуп, чтобы упускать такую возможность? — Мукуро все же ухмыльнулся и приподнял бровь, Тсуна на это довольно улыбнулся и кивнул, безмолвно призывая друзей поверить парню.
— Здесь главный Тсуна, поэтому мы примем любое его решение, — после некоторого молчания взял слово Гокудера. Он отлип от стены и подошел к бывшему врагу. — Но знай, что тебе мы не доверяем. Мы будем следить за тобой, за каждым твоим шагом до тех пор, пока ты не докажешь, что не причинишь Тсуне вреда.
— Ку-фу-фу, торжественно клянусь, — ехидно протянул Мукуро, но стушевался под строгим взглядом шатена. — Ладно-ладно, я не причиню никому из вас вреда, даже косвенно. Знаете ли, свободой не разбрасываются, и я сделаю все, чтобы остаться здесь.
— Вот и хорошо, — кивнул Тсуна. — А теперь давайте расходиться, ваши раны еще слишком свежи для активного времяпрепровождения, — парни дружно вздохнули и стали стягиваться к выходу. Они были хорошо знакомы с гипер-заботой своего босса, поэтому даже не пытались с ним спорить. — Гокудера-кун, пока ты поживешь у Ямамото-куна, хорошо? — Хаято кивнул, соглашаясь. Компания бейсболиста оказалось не такой ужасной, как он боялся. К тому же здесь делают прекрасные суши и за небольшую помощь в ресторане ими очень щедро угощают. — Мукуро, я пойду с тобой. Хочу поговорить с твоими друзьями, — уже на улице сказал Тсуна иллюзионисту, которого сопровождали до его временного дома Реехей и Хибари. Они вызвались присматривать за парнем, когда он находился вне стен дома. Их сила и скорость позволили бы им в случае чего схватить Мукуро и, если понадобиться, обезвредить. Сам же иллюзионист фыркал на такую компанию и закатывал глаза, однако не отказывался от нее. — Просто дай им время. Уверен, вы подружитесь, — шепнул ему на ухо Тсуна и пошел вперед, в то время как сам Мукуро застыл посередине дороги, задумчиво глядя в спину шатена.
«Он так ярко сияет… Неудивительно, что он смог победить меня», — думал иллюзионист. — «У этого парня есть все шансы перевоспитать меня. Остается только один вопрос: сопротивляться или сдаться?..»
========== Часть 2. Глава 12. Решения ==========
Pov Мукуро.
Сколько себя помню, я был подопытным у собственной Семьи. Я и остальные дети жили в маленькой комнатке с минимальными удобствами и витающим внутри запахом смерти. Каждый день кто-то из взрослых приходил и забирал одного из нас. Иногда дети возвращались, тогда они были измученными, обвитыми бинтами, заплаканными и очень напуганными. Чаще всего они умирали через несколько дней в той же комнате, где мы жили. У нас на руках. А иногда дети не возвращались… Тогда каждый из нас трясся от страха, надеясь, что следующим будет не он.
Из нашей банды первым забрали Кена. Его не было несколько дней, и мы уже решили, что он не вернется. Но однажды дверь открылась, и в комнату грубо швырнули мальчишку. Сначала мы даже не поняли, что это Кен. Из-за многочисленных бинтов, скрывающих все его тело и изменившегося почти до неузнаваемости лица. У него были какие-то звериные черты, и первое, что мы от него услышали, было животным рыком.
Очень долго он вел себя как зверь. Рычал на нас и забивался в угол, пытался укусить или оцарапать когтями. Но со временем он стал возвращать себе человеческие черты. Наблюдая за нами, за нашим редким общением и действиями, он потихоньку стал вспоминать, что он тоже человек. Потребовалось еще немало времени после нашего побега, чтобы научить его нормально разговаривать, ходить на двух ногах, а не на четырех, не рычать, и не обнюхивать новых людей.