Имя, которое назвал ассасин, ничего на говорило Амнету. Оно было похоже на имя любого араба, который противостоял французской гегемонии на Востоке. Тот факт, что это был ассасин, более могущественный, нежели простой смертный, не страшило рыцаря; Амнет был тамплиером, обладавший могуществом, не доступным простому смертному. Нетрудно было поверить в то, что в мире появился некто, подобный ему.
— Где расположено это место? — спросил он.
— Мы достаточно далеко от Тиберия, чтобы христианский гарнизон не услышал твоих криков о помощи. И достаточно далеко от поля битвы у Гаттина, чтобы генерал Саладин не услышал моих.
— Это магическое место, — заметил Томас Амнет.
Ассасин быстро обернулся и посмотрел ему в лицо. Первые лучи солнца обнаружили тень сомнения на его лице. «Это всего лишь магия природы — свет, бегущая вода, живые растения. Не более того».
— Чего же больше? Эта магия была самой первой и до сих пор остается самой сильной.
— Немного же ты знаешь о магии, сэр Томас, если это кажется тебе силой.
Хасан согнул колени и прыгнул назад. Толчок переместил его на двадцать футов, через реку, на вершину серого камня, возвышавшегося на целых десять футов над головой Томаса.
— А что ты знаешь о магии, — спросил Амнет, — если презираешь силу земли, сумевшую заставить пустыню цвести?
— Вот что я знаю!
Ассасин соединил руки на уровне груди, выставил локти наружу и как бы обхватил согнутыми пальцами и ладонями круглое пространство дюймов четырнадцати в диаметре. Напрягая руки, он затрачивал неимоверное количество энергии. Амнету вспомнились холодные нормандские зимы, мальчишки играющие в войну снежками. Хасан сейчас походил на мальчика, который собирает руками рассыпанные ледяные кристаллы и, сдавливая их силой рук и собственной воли, делает из них снаряд для броска. Его пальцы и ладони не соединялись, казалось что-то удерживает их на расстоянии друг от друга. Лучи рассвета, проникшие в долину, выхватили ссутулившуюся фигуру и что-то — кольцо на пальце? кристаллик песка в складках кожи? — ярко сверкнувшее между ладонями Хасана. Последним дрожащим усилием Хасан выбросил руки вперед, направляя это что-то в голову Амнета.
В мгновение ока свет в долине как бы переместился, перелетев к Амнету. Он поднял руку, чтобы заслонить глаза. И вместе с этим движением возникла мысль о защите, желание, чтобы нечто, стремящееся причинить ему вред, ушло в землю у его ног.
Шипя и потрескивая, трава возле левого сапога Амнета увяла и высохла. На зеленом газоне образовался бурый круг четырех дюймов в диаметре.
— И это лучшее, на что ты способен? — спросил Томас.
Хасан склонился вперед, упершись руками в колени и тяжело дыша. Он поднял голову, в его взгляде была смертельная ненависть. «Здесь был заключен жар сотни костров. Почему твоя рука не обожжена?»
— Ты научился владеть силами своего тела, Хасан. Совсем неплохо для приверженца культа хашишиинов. Чтобы этому выучиться, требуются годы.
— У меня были годы.
— Сколько? Десять? Двадцать? Ты мог еще мальчиком начать обучаться своим языческим наукам. Но сейчас ты еще не достиг мужской зрелости.
— Я основатель культа хашишиинов. Я был уже стариком, когда ты родился, но я сохраняю свою юность с помощью особой жидкости, секрет которой известен только мне… Так как же получилось, что твоя рука не обожжена?
— Разве мы договорились доверять друг другу тайны?
— Они все равно не помогут тебе.
— В самом деле, ты никогда не сумеешь овладеть моей магией. Ну слушай: моя воля управляет энергией кристалла, который я ношу на себе. Он неуязвим и вечен. И он покоряется только мне.
Амнет использовал последнее слово как тетиву для своего собственного заряда энергии, извлеченной из черного тепла Камня и устремившейся вовне, подобно кругам от брошенного камешка, расходящимся на стоячей воде. Но эти волны энергии распространялись не по поверхности воды, а сквозь эфир окружающего их воздуха, сквозь толщу земли под ногами, сквозь медленные жизненные токи деревьев и травы и сквозь горячечное человеческое дыхание. Когда волна достигла тела Хасана, Амнет ощутил, как она разрывает мягкую, подвижную ткань легких, жидкую пульсацию сердца, мембраны, охватывающие все жизненные органы.
Хасан задохнулся и струйка крови вылилась из его рта прежде, чем он сумел перехватить энергию, сокрушавшую его внутренности. Напрягая позвоночник и руки, ассасин отдал собственной плоти приказ отразить вторую волну излучения Камня.