— Вы познакомились с этим таинственным месье Вольдемаром?
— Да.
— Он что — занимается вычислениями по звездам?
— Не уверен, — ответил я. — Впрочем, на эту тему мы с ним не беседовали.
— Просто я думал, что он вычисляет посредством малопонятных формул маршрут тех, за кем мы гонимся.
— Нет, — сказал я и снова занялся едой.
— Мистер Эллисон побеседовал с месье перед тем, как покинуть корабль. После чего приказал мне плыть к южной оконечности Европы. И сказал, что дальнейшие и более точные инструкции я смогу получить от вас — в нужный момент.
— Верно.
— Не нуждается ли в чем месье Вальдемар?
— Он мне ничего не говорил на эту тему.
— В его каюту не носят еду.
— Насколько я понимаю, он на особой диете. За всем следит госпожа Лигейя.
— Понятно. Но если что-нибудь нужно — только скажите, хорошо?
— Хорошо.
— Занятный он человек. Наверно, у него богатое прошлое, есть о чем рассказать.
— Наверное. Только пока он ничего не рассказал. Ну да все впереди.
Какое-то время мы ели в молчании, потом капитан спросил:
— Когда вы предполагаете дать мне дальнейшие инструкции касательно нашего маршрута?
— А когда они вам потребуются?
— Пока особой спешки нет.
— Когда возникнет необходимость — предупредите меня. Если я до той поры еще не буду в курсе конечной цели нашего путешествия через океан — постараюсь узнать.
Капитан вяловато улыбнулся и перевел разговор на темы погоды и возможности штормов на нашем маршруте. После обеда он выполнил свое обещание и показал мне весь корабль.
Вечером я долго наблюдал за развитием шторма. Сперва на юге гремело и горизонт освещали зарницы. А я стоял на верхней палубе, и надо мной в чистом небе сиял мириад звезд. Шторм понесся над волнами в нашу сторону, словно гигантский паук. Вначале крепчающий легкий ветер после почти полного штиля, затем волны стали заметно выше и били о корпус корабля злее прежнего. Мало-помалу судно раскачивалось все больше, ветер задул порывисто, а раскаты грома становились все слышней. Звезды утонули в чернильной темноте, которую все чаще прорезали молнии.
Я гадал, что сейчас происходит в том мире, откуда прибыл я, и где теперь находится бедняга По — пишет или занимается редактурой, а может, гибнет от алкоголя, к большим количествам которого его организм — организм жителя другого мира — не был приспособлен. Как там — тоже бушует шторм? Но тут прямо над кораблем ударила молния, за которой сразу же раздался оглушительный раскат грома. На палубу обрушился ливень — и как я ни спешил вниз, меня вымочило до нитки, пока я добрался до трапа.
В последующие дни я неотступно следовал своему обещанию — ежеутренне навещал месье Вальдемара.
Теперь, когда я был посвящен в тайну, не было смысла проводить сеансы в полной темноте. Лигейя зажигала пару плошек или масляную лампу и открывала винный ящик. Мрачные тени плясали по восковому лицу покойника. После нескольких месмерических пассов Лигейи над телом мертвец начинал стонать, охать, хныкать, подвывать — стало быть, мы опять добивались внимания с его стороны. Обычно в процессе вызова месье Вольдемара меня тоже окатывали волны неизвестной энергии — словно струи воды протекали через тело.
Потом начинался диалог — с горестных стенаний оживающего мертвеца.
— Ради всего святого! Отпустите меня! Говорю вам, я умер! Неужели у вас нет сердца? Дайте моей душе отлететь!
Я довольно быстро отучился обращать внимание на его нытье и сразу задавал какой-нибудь простенький вопрос.
Наш очередной разговор протекал так.
— Скажите, пожалуйста, какая сегодня будет погода? — спросил я.
— Солнечно. Ветер будет дуть с юго-запада со скоростью тридцать узлов. После обеда короткий ливень. О-о, какое страдание, какая мука!..
— Короткий ливень никому не повредит, — сказала Лигейя. — Ну как, вам уже удалось сузить район поиска фон Кем-пелена?
— Франция или Испания. Пока что не могу сказать точнее. Я прозябаю в ледяном пространстве, разделяющем материю и дух, — там плохо думается!
— В прошлый раз вы указывали на Королевство Нидерландов. Почему же сейчас — Франция или Испания?
— Вероятность его появления в Нидерландах резко уменьшилась. Говорю вам, я покойник, с меня взятки гладки!
— Не капризничайте. Я тоже плохо себя чувствую сегодня утром. Ответьте: Гризуолду, Темплтону и Гудфеллоу известно, что мы их преследуем?