Прежде чем снять крышку с винного ящика-гроба, я зажег побольше свечей. Сфокусировав все внимание на центр своего тела, я возбудил энергию и дал ей выход через руки. Свечи заколебались. В углу резко заскрипел платяной шкаф. Когда я сделал первый пасс, слева от меня из стены донеслось постукивание. Я ощутил высокую концентрацию энергии и направил ее на месье Вальдемара. При этом стул в дальней части комнаты задвигался в мою сторону. С обычным стоном покойник зашевелился и через несколько секунд открыл глаза.
Но на этот раз этим дело не закончилось. Внезапно месье Вальдемар сел в ящике — чего прежде никогда не делал.
— Спокойно! Спокойно, месье Вальдемар! — приказал я.
— Что вы сделали со мной? — спросил он.
— Ничего особенного, — ответил я. — Как обычно, вывел вас из сна, чтобы задать несколько вопросов.
— А где Лигейя?
— Точно не знаю. Дело до некоторой степени спешное, а потому я решил, что и сам справлюсь.
— О Боже! О Боже! — возопил он. — Теперь мне понятно, что случилось.
— Знаете, так скажите. Будьте добры.
— Ее присутствие как-то сдерживало вашу иномирную энергию. Но без нее она проявилась в полную силу. Я ожил, но все же не до конца.
Он медленно поднял руку. Затем скосил на нее один глаз — правый. А левый при этом слепо смотрел прямо перед собой.
— Это чудовищно, — сказал месье Вальдемар и с горестным упреком уставил на меня сразу оба глаза.
— Если вы быстренько ответите мне на пару вопросов, я верну вас в состояние покоя — пользуясь уроками Лигейи. Надеюсь, я ничего не испортил и вы по-прежнему обладаете своим чудесным даром.
— Да, я по-прежнему вижу больше живых, — промолвил он и медленно сложил руки на груди.
— Я подумываю о поездке в Толедо. Что скажете на этот счет?
— Да, я вижу нас — мы едем в Толедо.
— Ничего больше не видите?
— Там предстоит встреча с Анни. К этому мне нечего добавить.
— Ваши слова я склонен воспринять как поощрение поездки, — сказал я.
Покойник не спеша потер ладонью о ладонь, потом поднял руки и стал ощупывать свое лицо.
— А что вы можете рассказать об Эдгаре По? — спросил я.
— Не понимаю вашего вопроса. Слишком общий.
— Простите. Чем он занят сейчас?
— «Сейчас» — понятие бессмысленное. Ваши миры двигаются по разным временным шкалам.
— К тому времени, когда мы поменялись мирами, — сказал я, — прибавьте время, прожитое мной здесь, — через этот отрезок времени что делает По? Каково состояние его души и внешние обстоятельства жизни?
— Теперь понимаю, — произнес месье Вальдемар, скрещенными руками ощупывая свои плечи. — Он до сих пор так и не догадался, что именно произошло. Судя по всем признакам, его мучит мысль — не сошел ли он с ума. По задумал выпускать свой собственный журнал, но никак не может найти заинтересованного инвестора, который поддержал бы идею. Похоже, его душевное состояние очень плохое. Он в плену тоски.
— Как бы мне хотелось поговорить с По! Вы смогли бы перенести его сюда, если я снабжу вас большим количеством месме-рической энергии?
— Нет. Это вне моих возможностей.
— А туда можете меня отправить — на время?
— Нет.
— А как насчет королевства у моря, на краю земли, где Анни когда-то собирала нас? Могли бы вы устроить встречу там?
— Вряд ли, хотя дайте подумать… Нет.
— Ну хотя бы весточку ему можете передать? Мне бы хотелось сообщить ему, что и я, и Анни — мы реальные, из плоти и крови, и он отнюдь не сумасшедший.
— Возможно, я справлюсь с этим, но не знаю, в какой форме это послание достигнет получателя.
— Попробуйте.
Месье Вальдемар чуть приподнялся, потом рухнул обратно в ящик — и руки его замерли крест-накрест на груди.
— Сделано, — с усилием произнес он.
— Успешно?
— Да.
— Можете сказать, в какой форме это было сделано?
— Нет. Отпустите меня…
Я повторил пассы в обратном порядке, возвращая отданную энергию. Теперь стук раздался во всех стенах и в потолке. Стул заходил ходуном, потом опрокинулся. Месье Вальдемар издал особенно жалобный стон, глаза его закрылись — и крышка ящика сама собой захлопнулась.
Я задул свечи и пошел отдавать необходимые распоряжения касательно отъезда.
Эдгар Аллан По спал беспокойно. Он проснулся рано и безуспешно старался вспомнить свой сон. В конце концов он встал и оделся. С востока светало, когда он открыл дверь и вышел на улицу, чтобы понаблюдать за восходом солнца.