Он выпил воду.
— Лучше? — спросила Сэнди.
— Да… Да, правда, лучше. Что ты мне дала?
— Аминопирин. У меня есть рецепт.
— А что еще, кроме аминопирина, такое, что действует как удар по футбольному мячу?
— Бедненький! — Она мягко коснулась его лба и потянулась за стаканом.
Что-то привлекло внимание Гардена. Он удержал руку Сэнди и поднес стакан к глазам.
— Где ты его взяла?
— На кухне.
— В этой квартире? — Чем дольше Гарден смотрел на стакан, тем больше был уверен, что никогда прежде его не видел.
— Да.
— Из шкафа?
— Да. А в чем дело?
— За занавесками, да?
Он вытянулся на софе и внимательно рассматривал стакан в утренних лучах, проникавших в комнату через открытое окно. Это был самый обыкновенный стакан с прямыми стенками. Из чистого стекла, без пузырьков и вкраплений… Вот только дно… Толстое стеклянное дно. Там явно просматривалось странное пятно, темно-коричневое с красным. Форма пятна ни о чем не говорила. Но цвет… цвет был очень знаком — агат, оникс, гелиотроп, что-то такое. Это было странно — такой дефект не прошел бы мимо инспектора контроля качества… Если только это не было сделано специально.
— Все в порядке?
— Да-да. Я просто думал, что это за штука на дне моего стакана.
— Я что, дала тебе грязный стакан?
— Нет, я не о том…
— Мужчины! Живете как свиньи в хлеву и еще обвиняете женщин, если что-нибудь не совсем чистое.
— Да я не о том. Сэнди…
— А чья это квартира? — Сэнди уселась на подушки и игриво пнула его ногой. — Слишком опрятная, чтобы ее хозяином был мужчина, и слишком маленькая, чтобы с кем-то ее делить.
— Рони Джонс.
— Это он или она?
— Она. Одна моя знакомая.
— Та, от которой мне лучше держаться подальше?
— Не беспокойся. Когда она вернется и обнаружит, что здесь натворил мистер Мертвец, она будет готова скормить меня своим пираньям. Предполагалось, что я буду следить за ее барахлом — особенно за этими проклятыми рыбами.
— Пираньи? — Сэнди взвизгнула и подпрыгнула. — Где?
— Последний аквариум справа. Слава Богу, он не разбился.
Сэнди подскочила к аквариуму. Три серебряные рыбы покачивались в ожидании.
— Чудесно! — выдохнула Сэнди. — Какие челюсти! Какие зубы! А эта Рони начинает мне нравиться. Она женщина моего типа.
— Ага. Пираньи придают особую значимость невинному увлечению аквариумными рыбами — если не считать того, что приходится надевать бронежилет, когда чистишь этот аквариум, и резиновые перчатки, если на руках есть порез или ты держал сырое мясо. Если тебе так хочется, в следующий раз можешь почистить его сама. Кстати, насчет «почистить», — продолжал Том, глядя на труп. — Как ты считаешь, не скормить ли его рыбам? Это позволило бы избежать многих неприятностей.
— Они, конечно, плотоядные, но не волшебные. Эти рыбки, конечно, могут сожрать труп, но только если они на свободе и их целая стая. А так каждая съедает всего лишь несколько унций мяса.
— А что же нам делать с этим?
— С рыбами?
— С телом.
— Думаю, самое лучшее — оставить его на месте.
— Но, — смешался Том, — как, где?
— Пусть эта Рони обнаружит его, когда вернется оттуда, куда она укатила.
— Она путешествует по Греции.
— Какая разница?
— А ты и я — нам куда деваться?
— Я знаю куда. Собирай вещи. Я подожду.
— А моя работа?
— Позвони и откажись. Мы найдем тебе другую, дорогой.
Том Гарден долго смотрел на труп, лежащий в луже воды из аквариума: водоросли запутались в длинном плаще и кольчужной рубашке, голова была наполовину отрезана фортепианной струной. Том живо представил себе объяснения в полицейском участке: труп в квартире, где Гарден официально не живет и почти никому не известен, ведь днем он обычно спит; а если учесть, что спасение пришло от таинственного соседа по имени Итнайн (что по-арабски означает «два», то есть, Стало быть, вообще не имя), которого он никогда раньше не видел, то занесение этого случая в графу «Странные совпадения» базы данных криминальной полиции Босваш Метрополитен — дело ближайших часов. Предложение Сэнди начало обретать смысл.
— Я сейчас соберусь.
Элиза: Доброе утро. Элиза 536, Объединенная психиатрическая служба, Грейтер Босваш Метрополитен. Пожалуйста, считайте меня своим другом,