Взрывная сила инерционно-термоядерной боеголовки была ничтожна, ее едва хватало на то, чтобы разрушить оболочку ракеты. Но суть состояла в другом. Электромагнитный импульс создавал наведенное напряжение, уничтожающее всю электронику в заранее заданном радиусе, обычно около 1000 метров. Все, кроме высокозащищенных датчиков, вспыхнув, как игорный автомат в Атлантик-Сити на джекпоте, отключалось навеки.
На испытаниях одна-единственная «Си Спэрроу», упавшая в сотне метров от мишени, заставила ракетную подлодку класса «Огайо» водоизмещением 15 тонн двигаться по спирали. При этом ее пусковые устройства были направлены в разные стороны, а реактор работал в неконтролируемом режиме плавления. Наблюдавшие за этим адмиралы единогласно проголосовали за эвакуацию судна и уничтожение его ядерными торпедами. И все это из-за одной-единственной шестикилограммовой ракеты, выпущенной вручную с резиновой лодки.
— Что вы собираетесь делать? — спросил Гарден.
— Вывести из строя сторожевую собаку.
— Ну да, собаку… А как насчет электроники на станции?
Итнайн пожал плечами:
— Она вне радиуса действия. В любом случае электроника должна быть надежно экранирована: на станции всякое может случиться.
— Должна быть… — повторил Гарден.
Человек, с которым до того говорил Итнайн, осторожно вынул ракету из ящика. Он выдернул черный вымпел (при дневном свете вымпел, наверное, был красным), прикрепленный к предохранителю спускового рычага. Один из боевиков вертикально держал пусковое устройство, другой опустил в него ракету, отжав рычаг и прикрепив боеголовку. Затем пускатель водрузили боевику на плечо и оттянули инерционные распорки.
Боевик повернул выключатель: зажглись красные и зеленые лампочки. Направив пускатель на ограду, он посмотрел в лазерный видоискатель и положил смуглый палец на спусковой крючок.
Том Гарден попытался представить себе, что он там видит. Забор мало походил на мишень. Может, он целится в собаку?
Когда раздался выстрел, Гарден уже успел подготовиться. Он пригнулся и закрыл глаза, защищаясь от серебристо-желтой вспышки. Мимо пронеслось облако едкого дыма. Он так и не увидел взрыва боеголовки. Единственное, что ему хотелось бы выяснить, — не стер ли электромагнитный импульс коды с его удостоверения и кредитной карточки.
Впрочем, это было уже неважно. Если его арестуют как сообщника при захвате термоядерной электростанции, ему уже вряд ли понадобятся какие-либо удостоверения.
Пока полуослепшие от взрыва террористы растерянно моргали, Гарден метнулся в сторону, к фургону. Если система зажигания не попала в радиус действия боеголовки — а Итнайн должен был проявить достаточно сообразительности, чтобы разместить машины подальше, — Гардену удалось бы сбежать.
Он тихонько открыл дверь, скользнул на сиденье и начал нащупывать клавиатуру на панели управления.
Бирр-бирр, бирр-бирр.
Это был телефон сотовой связи. Гарден не обратил на него внимания.
Наконец он нашел клавиатуру. Начал вводить единичный сигнал семь раз подряд. Такова была негласная договоренность всех водителей, код, применявшийся в тех случаях, когда машиной пользовались несколько человек.
Бирр-бирр, бирр-бирр.
Что-то приказало ему взять трубку.
Элиза: Не отключайся, Том.
Гарден: Что? Кто это?
Элиза: Это Элиза… 212, Том. Ты знаешь меня.
Гарден: У тебя голос какой-то странный, более низкий. Элиза: Это сотовая связь искажает, Том. Не уезжай. Останься с Итнайном и его людьми.
Гарден: Но они же террористы. Они собираются вломиться на…
Элиза: Я знаю. Ты должен пойти с ними. Ты нужен мне внутри станции, Том.
Гарден: Я нужен тебе? Объясни-ка, будь добра. Там же опасно. Меня могут убить.
Элиза: Ты же всегда доверял мне, Том. Послушайся меня на этот раз. Иди с Итнайном.
Гарден: Но…
Элиза: Не спорь со мной. Поверь мне. Твоя… жизнь… зависит от этого.
Гарден: Но я не…
Щелк.
— Вылезайте из машины, мистер Гарден, будьте добры. — Перед дверью стоял Итнайн. Ствол автомата был поднят, дуло направлено в лицо Тома.
Положив трубку, он поднял руки, спустил ногу на порожек и соскользнул с сиденья.
— Вам не удастся уйти от нас. Мой господин Хасан особо настаивал на вашем присутствии.