Томпсон увеличил скорость, но снова справился у Карлайл:
— Как все это выглядит?
— В точности как на экране… Только шире.
— Шире? Мне надо…
— Нет, нет. На экране же не совсем так, как в жизни.
— Ты права, — вздохнул капитан.
Еще через несколько минут с вышки последовали новые указания:
— «Аргентинас» один девять, на полосе ветер, направление запад — северо-запад, скорость четырнадцать узлов. Вы в трех километрах от полосы, высота семьсот. Закрылки ниже.
— Похоже, он прав, — подтвердила Карлайл.
Томпсон увеличил мощность двигателя до десяти процентов и опустил закрылки на все сорок градусов, что соответствовало посадке при условиях легкого ветра. Даже с увеличением мощности они сделали свое дело, и самолет точно завис в воздухе, ровнехонько выходя на глиссаду.
— Шасси вниз, командир, — скомандовала девушка.
Капитан двинул вниз рукоять. Загорелись три красные кнопки выхода шасси. Досчитав до десяти, он услышал грохот и с удовлетворением заметил, что цвет кнопок изменился на зеленый. С выпушенными шасси самолет еще больше потерял скорость, что, собственно, и ожидалось.
— Вижу белые указатели на полосе, — сообщила Карлайл.
— Зона касания, — объяснил Томпсон. — Я их видел раньше на земле. Мы их называли параллельно плывущими нитями.
— На них черные отметины.
— А это резина от шин.
— Ой! Я никогда не думала, как шасси стираются от посадок.
— «Аргентинас» один девять, держите угол снижения. Пять секунд до касания, четыре… три…
— Чуть-чуть влево, капитан.
— Два… один…
Самолет вздрогнул от удара и через мгновение уже катился по бетонной полосе. Томпсон включил реверс и откинулся назад. Он знал, что полоса прямая, как стрела, а на такой скорости встречный ветер не помеха.
— Один девять, следуйте по рулевой дорожке двенадцать. Добро пожаловать домой!
— Спасибо, Эзеиза, конец связи.
Капитан сдвинул экраны и посмотрел сквозь стекло. Самолет медленно катился к рулевой дорожке, которая была совершенно пустынна.
— Незабываемое приключение, — улыбнулся Томпсон и уже серьезно добавил: — Алисон, без твоих глаз я был бы бессилен.
Лицо девушки вспыхнуло.
— Диспетчер обязательно вывел бы вас.
— Нет, я никогда не нашел бы столицу.
— Ну по крайней мере нам больше никогда не придется делать это снова.
— Надеюсь, что нет. Однако что-то вывело из строя спутники, и пострадало много самолетов…Хотел бы я знать, что на самом деле произошло?
Глава 13
В НАЦИОНАЛЬНОМ БЮРО ПОГОДЫ
1010 миллибар
1008 миллибар
1004 миллибара
998 миллибар
Национальное бюро погоды, Вашингтон, округ Колумбия,
21 марта 2081 г., 18.53 местного времени
Размытая граница массы теплого воздуха выравнивалась в точном соответствии с заранее заданным контуром, пока Человек погоды гнал область низкого давления через Тихий океан.
Он двигал ее с севера на восток от самого района возникновения, располагавшегося в двух тысячах километров к западу от Байи, Калифорния.
С этой частью операции никаких проблем не возникло. В это время года начиналось потепление в субтропических водах, что значительно повышало объем атмосферной влаги, поэтому запасы насыщенного водяными парами воздуха росли день ото дня. От Человека погоды требовалось лишь собрать вместе эти массы и отправить их в путь по направлению, противоположному часовой стрелке.
Для такой работы у него имелись и специальные приспособления — холод и тепло. Тепло поступало в скопления облаков над земной поверхностью в форме концентрированной солнечной энергии, посылаемой спутниками с удаленных орбит. Холод поступал из «пакетов» углеродных нитей, которые запускались в стратосферу либо с помощью ракет, стартующих из западной части Тихого океана и с Гавайев, либо с помощью магнитных катапульт, установленных в Уитни-центре и на горе Райнер. Тепло, холод, ускорение и изменение направления воздушных масс были основными средствами работы Национального бюро погоды и его главного специалиста.
Сейчас Человек погоды намеревался столкнуть массу влажного воздуха, сформировавшуюся в Айнском заливе и медленно движущуюся на юго-восток, к границам Калифорнии, с областью высокого давления.