Спокойно, только не волноваться, подбадривал себя Фредрике, усевшись за компьютер. После внутренней диагностики он определил, что случайная избыточная энергия не сумела повредить каналы связи «Юлы» и не нанесла другого урона.
От волнения ему даже не пришло в голову проверить список последних переданных сообщений, чтобы установить, какие из них могли бы быть прерваны, и послать их снова.
Радист Уилбур Фредрике не был НАСТОЛЬКО предан своей работе.
Глава 15
ПО СЛЕДУ
Фокус
Фокус
Фокус
Фокус
1919 Виа-Вилла, Алтадена, Калифорния,
21 марта 2081 г., 9.49 местного времени
Пьеро Моска решил, что до того, как он отправится на запланированный в десять утра в институте Лоуренса семинар под названием «Туманности и новые звезды», где будет рассказывать об образовании звезд под действием ударной волны, он поднимется на крышу своей квартиры и взглянет еще раз на солнечное пятно доктора Фридс.
Когда он наводил фокус, утренний бриз, дувший с горы Сан-Габриэль, слегка помял алюминизованную пленку, натянутую поверх объектива на его телескопе. В результате изображение слегка исказилось и наводить фокус стало труднее.
Неожиданно на его глазах попавшие в окуляр неясные очертания превратились в две глубокие черные дыры. Каждая из них была не менее трех градусов шириной. Они лежали примерно в двадцати градусах друг от друга, и, к большому изумлению астронома, были окружены огромной серой лужей. Само образование было больше, чем любое солнечное пятно, о котором Моске довелось читать или которое он видел на фотографиях двадцатого столетия. Сходство между этой парочкой и обычными пятнами было точно таким же, как между кратером вулкана и отпечатком ноги на песке.
По знал, что солнечные пятна — это не дыры в полном смысле этого слова, а холодные области фотосферы, которые не испускают видимый свет, сглаживающий и драпирующий солнечную атмосферу. Тем не менее в течение долгого времени Моска не мог отказать себе в удовольствии, представляя, что он смотрит на пару огромных сквозных дыр на ровной поверхности звезды, образовавшихся от столкновения с двумя невероятно огромными и чрезвычайно массивными телами.
Затем, как это иногда бывает с монохромной пленкой, натянутой на ровную поверхность и позволяющей видеть лишь в одном измерении, иллюзия глубины сменилась иллюзией высоты. Теперь окружающая дыры серая область напоминала горное плато — сильно пересеченную местность, на которой вздымались два черных холма. Неведомо как, Моске показалось, что два пятна напоминают парочку чернильных озер.
Визуальное восприятие снова поменялось, и теперь взору наблюдателя предстал ведущий в глубь Солнца тоннель. Он наблюдал, как черный бур ввинчивался в глубь звезды, обнажая ее глубокие темные недра.
И все это Пьеро удавалось разглядеть с помощью крохотного телескопа, защищаемого экраном, который забирал 99,9 процента света и снижал яркость до разумных пределов, защищая тем самым человеческое зрение.
Моску интересовало, возник ли протуберанец в области, связывающей два пятна. По наблюдениям его предшественников, в период активности солнечных пятен это происходило всегда. Но разглядеть растянувшийся вдоль солнечного диска протуберанец было очень трудно, практически невозможно. В большинстве своем протуберанцы являлись газовыми «мостиками», испускавшими излучение в крайне ограниченном диапазоне частот. «Мостики», различимые в белом свете, были крайне редки, поэтому наблюдать их можно было лишь тогда, когда они показывались над нимбом. Впрочем, их можно было хорошо видеть, когда поверхность звезды и большая часть испускаемого света оказывались перекрыты Эклипсом.
Безусловно, если бы По осуществлял наблюдение в альфа-водородном спектре, от его глаз не укрылся бы ни один протуберанец. В этом диапазоне можно было подсветить перегретые газы дуги, которые подпитывались энергией из текущего по петле магнитного потока. Тогда протуберанец отчетливо выступал на фоне более холодных слоев фотосферы. Но на старые телескопы альфа-водородные фильтры больше не выпускались, и как это сделать самому, По не знал. А поскольку декан Уитерс так и не предоставил упрямому юнцу возможности поработать с телескопами института, такие тонкие технические приемы были для него недоступны.