Тошнота подкатила к горлу. В нос ударил знакомый запах сигарет. Я стала принюхиваться.
Бред! Показалось…
Чувствовалось единственно правильным видеть чёрные, как мрак, глаза! Ну никак не голубые… Лекса жеманничал, а юноша… нёс себя кротко. И от этого… Пугающе! Радуга и грозовая туча.
Чёрт, а имя «Лекса» ему бы подошло!
— Давайте сюда листок! — От моей былой насмешки не осталось и следа.
Я ощущала, как тревога подкралась к дребезжащему сердцу, щекоча его и подгоняя ритм.
Громко сглотнув, постаралась незаметно выдохнуть. Табачный запах заполонил потяжелевшую голову. Я вперилась в записи.
Идеально ровный, дотошный почерк. Господи… Да он маньяк! Маньячелло! Схема перерисована с доски, элементы заменены сопротивлениями. Линии ровные, как в теореме о параллельных прямых, но ведь линейки у него не было! Формулы расшифрованы, цифры, как в прописях у моей прабабушки!
Мальчик, тебя били дома? Просто моргни…
Я и думать забыла о правильности расчётов. Скорее всего, ответ дан точнее моего, ещё не произведённого, до сотых!
Я подняла взгляд и сощурилась на студента.
— Как зовут?
На самом деле… имелось крохотное, мельчайшее… микроскопическое подозрение, что это он! Вот-вот гений заговорит и рассеет сомнения…
Тот «выдающийся» тембр не спрятать. Но его рот даже не потрудился зашевелиться под медицинской маской.
— Его зовут Алексей Муратов.
Моя задница сжалась на жёстком стуле под голос «из зала». Я заёрзала и слегка откашлялась, отказываясь обращать внимание на рассыпавшиеся по телу мурашки.
И кто такой смелый?
— Понятно. А почему… Алексей самостоятельно не отвечает? У него что, речевая дисфункция, или он стесняется разговаривать после полугодового отсутствия?
Целых два оправдания навскидку. Выбирай любое!
Страху тут же поубавилось. Но воспалился азарт.
— Он сказал, что заболел и потерял голос. — Новоиспечённый дружок, забившийся в угол между стеной и первой партой, неестественно пожал плечами.
Ах, потерял? Я чуть не расхохоталась.
В этом мире ни на кого нельзя положиться, кроме себя. Да, Лекса?
— Прям так и сказал?
А как же уверенно шёл, чёрт хитрожопый!
— Я имел в виду, он написал мне об этом. — Парниша неловко замялся, скрестив руки.
Ну хорошо, подыграем. Посмотрим, что будет дальше!
Сердце заколотилось в горле.
— А, ясно. Запишу… Му-ра-тов А-лек-сей… А то нам с вами предстоят до-о-олгие дебаты по ликвидации долгов. С вашей посещаемостью — не меньше, чем пара семестров!
Наконец я вернулась взглядом к необъяснимо тёмным глазам, равнодушно встретившим мои угрозы. Что-то здесь нечисто… Молчание — знакомая ситуация. Всё указывало на него. Но я не могла поверить до конца…
— Алексей, а вам не жарко? В шапке-то?
Кудри свои прячет, Баранья Башка! Но вдруг я на секунду смутилась…
А если это не он… а брат его? Сколько их там, Муратовых? Ну невозможно за одну ночь отрастить новые глаза и лицо! Похож… По всем уликам похож! Но внешне, словно другой человек! Хотя… я без маски его и не видела!..
Ах да. Забыла… Алексей у нас простуженный!
— Пф... Слушайте, молодой человек! — По имени обращаться не хотелось. — А покажите-ка студенческий!
Шах и мат, Штирлиц! Ты ещё никогда не был так близок к провалу!
Его лицо, насколько оно виднелось, и не дрогнуло. Меня вновь бросило в холод.
И что это даст?!
— Нет с собой, — просипел Алексей обезличенным шёпотом.
Ах, значит, что-то даст! Я не сдержалась и прыснула в голос.
Ну всё, дружок! Ты пойман с поличным!
— В таком случае… — Я деловито отодвинула листок на его половину стола и поправила жилет. — Наш разговор окончен. Я не стану продолжать с вами беседу! Может, вы не тот, за кого себя выдаёте?
Черноглазый угрожающе уставился прямо мне в душу. Не моргая. Я попыталась ехидно улыбнуться, ощущая, как губы непослушно подрагивают, мешая самоутверждаться. Но он молчал.
Гипнотизировал и молчал.
Наконец, невыносимая кривая улыбка оставила меня в покое, и я сглотнула. За плечи схватился уже знакомый необъяснимый страх…
То в жар, то в холод!
Гипнотизёр встал. Стул со скрежетом отодвинулся. Позади затаилась целая аудитория зрителей… Парень потянулся к медицинской маске, уверенно содрал её и учтиво положил в мусорное ведро под столом.
На знакомых пухлых губах заиграло одно выражение…
«Вы выиграли».
Я ЗНАЛА! Я ТАК И ЗНАЛА, ГРЁБАНЫЙ ТЫ ОБМАНЩИК!
Мне сейчас понадобится тонометр…
Парень снял капюшон, стянул шапку — из-под неё рассыпались кудри — и отправил её в полёт. Я приходила во всё большее потрясение…