Я думала, мол, не зря же у него дерзости полные штаны! Хоть одно задание-то, но должен осилить! Но на этот раз ручка Лексы лежала на парте.
Значит… умудрился списать в субботу. Сидел на последней парте… Ясно.
Мне всё ясно.
Как бы он ни старался выделиться внешним видом или даже пресловутым прозвищем, оставался такой же посредственностью, как и основная масса. Очередная пустышка.
Мимо окон с видом на парковку умиротворённо пролетали хлопья. Крупные, пушистые. Вечерами стало значительно светлее благодаря регулярным снегопадам. Хотелось навернуть супа. Поёжившись под толстым свитером, я вдруг поймала себя на том, что мне стало вмиг откровенно скучно…
Как будто раньше его выходки меня забавляли?
— М-можно уточнить? — вдруг не совсем уверенно донеслось до преподавательского стола.
Я заинтригованно вернулась взглядом к жгучим голубым глазам, нацелившимися на меня исподлобья. Уловила похожее чувство, как во время номера с переодеванием, и чуть вздрогнула.
А можно не отвечать? Я тут борюсь с тем, чтобы не залипнуть в телефон!
— В общем… Я думаю, мне нужно рассчитать первичный ток срабатывания.
Понятно. Спасибо, что поделился. «Очень интересно».
Лекса начал безжалостно кусать нижнюю губу, не дождавшись ни ответа, ни хотя бы реакции.
— Не могу понять только… по рабочему току считать или по самозапуску в аварийном режиме…
Опять у бедолаги проблемы с речью? Надеюсь, он просто налажал от волнения и оговорился.
— В «послеаварийном», ты хотел сказать?
— Да.
Ну вот и выражайся внятно!
Я вдруг вдумалась в вопрос. Разочарование слишком быстро влетело и принялось распаковывать чемоданы. Но после озвученных рассуждений, оно насторожилось и сложило бельишко обратно.
Неплохо. Даже неожиданно, после столь безнадёжного молчания. Но этого я, конечно же, не могла показать Муратову, поэтому злорадно ухмыльнулась.
— У тебя есть данные, чтобы рассчитать и по рабочему, и по самозапуску. Всё по графику видно. Рассчитай хоть одно уже! — Я недовольно закатила глаза и громко вздохнула.
Ход мыслей нормальный. Но если он не зашевелится, ему не хватит времени. Интересненько…
Лекса тяжело вздохнул, вторя мне, и продолжил измываться над губами. Ну а как ещё ты хотел? Смеяться над беспомощным упавшим преподавателем, а потом идти сдавать ему долги… Вот, как выглядит злой рок!
Часы указывали на то, что у него осталось меньше восьми минут. А впереди — ещё одна задача. Нет. Точно не успеет. Наконец, в кудрявую башку залетела похожая на озарение мысль, и Муратов начал осторожно записывать её на листок.
У нас прогресс!
В таком неловком положении он почти не выглядел как заноза, застрявшая в заднице. Ну парень и парень. В чёрной толстовке и брюках, в увесистых ботинках. Цепочку, правда, нацепил. М-да… Ни дня без рубрики «Модный приговор».
Хм, а кудрявый вопрос можно быстро решить машинкой для бритья!
— Нужно, наверное, время срабатывания найти? Если это максимальная токовая защита?..
Я очнулась по вине его голоса. Поймала уже лишившийся беспокойства взгляд.
Не поняла… У нас МТЗ ещё что-то значит? Наверное, Московский тракторный завод?! Точно!
Всё, что нужно, говорит, выучу… Всё, что нужно, — не дерзить преподавателю!
— Муратов! Пиши уже! Что знаешь, то и пиши!
Я гордо отвернулась к окну, не желая следить за медлительной стрелкой или его вдумчивым выражением лица. А вообще-то, правильно сказал. Только я не справочное бюро!
Пускай выдавит из себя решение, хоть за двадцать минут, хоть за двадцать пять — уже не важно. Лишь бы мне не пришлось лечить облысение и слепоту от кошмара, что порой излагают студенты.
И после этого ну разве могу я называться извергом? Все условия, чтобы ты проявил знания, Башка! Только попробуй облажаться! Буду припоминать, пока документы из деканата не заберёшь!
Я не выдержала и повела косым взглядом в сторону Муратова. Что-то строчит. Поверить не могу, что именно это лицо пряталось за карнавальной маской! Сколько суеты… И всё вокруг безжалостной Виолетты Сергеевны.
Кстати. До сих пор не припоминаю, чтобы Лекса обращался ко мне хоть раз по имени-отчеству…