Переговоры провалены. Иришка захлопнула учебник, но сама же испугалась громкого звука и быстро проморгалась. Не успев сбавить тон, вдруг продолжила так же агрессивно:
— Чай будешь?
Ирка-Ирка… Бедная. Совсем не умела выдерживать накал страстей. Представляю, как её ранил разлад со Стасом.
Мы всё же поставили чайник, потом, погрузившись в работу, забыли вовремя его выключить. На кухне вовсю клубился пар из узкого носика, а крышечка зло полязгивала. В тишине, даже вызванной лёгкой недосказанностью, было гораздо легче сосредоточиться. За чашкой чёрного следовала очередная, пока Иришке становилось всё труднее раздвигать веки без вмешательства рук.
Я наблюдала, как она перепечатывала на ноутбук похожие на правду формулы, вставляла фотографии схем, сама же вникала в редко попадающиеся достойные курсовые и всё думала: стоит ли уступить подруге, чтобы дать шанс проявить себя?.. Но неужели моей помощи с трудоустройством недостаточно?!
В четвёртом часу Ирка дала храпака, разлёгшись поперёк кровати. Я пристроилась рядом, выдернув из-под неё одеяло, и накрыла нас.
Подъём через два часа. Спокойной ночи, дорогуша.
***
Первое, что я сделала, когда ворвалась утром в универ позднее восьми часов, позабыв взять ключи для аудитории, — громким стуком каблуков подняла на уши работников архива. За высокой стойкой, беспорядочно обложенной бумажками, Нина Геннадьевна пряталась в шерстяном платке. После непродолжительного сна меня посещали такие раздирающие психику мысли, что если бы я не нашла гневу применение, мой рот бы разразился тысячами неоправданных оскорблений в сторону невинных магистрантов.
Пускай лучше мирно подождут у двери.
Спасибо подсознанию. Я уже искренне верила, что не выспалась именно из-за него — из-за Кудрявой Башки, задержавшего вчерашнюю репетицию пререканиями! И Ирка, чёрт её дери, пропылесосила мне все мозги! Не оставалось выбора, кроме как винить его во всех случающихся неприятностях!
— Здорóво, Нин! Есть дельце. — Не выспавшиеся не меньше моего подвыцветшие глаза, показавшиеся из-за толстых линз очков, с укором остановились на моём лице. — Я не с пустыми руками…
На столе материализовалась шоколадка. Женщина привстала и безэмоционально утащила её под рукав.
— Пробей-ка на своём компьютере одно имечко… Муратов Лекса.
Ну вот и всё!
Загадочный мальчик не такой уж и загадочный, если узнать кафедру и куратора!
Нина умело защёлкала мышкой, очевидно, помимо базы данных студентов, взламывая пару-тройку зарубежных серверов. Хах. Ради этого стоило опоздать на лекцию, которую я, к слову, даже не успела прочитать.
В ход пошла клавиатура.
— М-м-м… Так-с. Нет такого студента. — Перенапрягшаяся просьбой женщина сняла очки и протёрла стёкла о краешек кофты.
— Как нет? — Я пошатнулась, словно схлопотала пощёчину.
Хотите сказать, до него не добраться?! Да подождите же… Лекса. Муратов. Буратов? Маратов? Нет! Точно, он сказал «Муратов»… Чётко! В моих воспоминаниях захрипел мужской голос…
Соврал поганец?
— Ты имя не перепутала? Такого вообще не числится. А если просто по фамилии, то у нас девять Муратовых в ВУЗе. Понаехали! — Нина напрягла сощурившиеся глаза, изучая данные студентов. А я начинала бессильно беситься, понимая, что это вовсе не настоящее имя, а... кликуха! — Хах, больше, чем Ивановых. Их всего семь. А какой Муратов-то нужен?
От безысходности перехватило дыхание и бросило в жар. Я приспустила с плеч расстёгнутую куртку и замахала ладонью перед горящим от злобы лицом.
Какой нужен? Да хрен его знает… Вот же изворотливый змеёныш!
__________________________________
Генри Джозеф — учёный, открывший явление самоиндукции.
Глава 4 «Торг и несмирение»
С прицепом обломков рухнувших надежд после посещения архива я зло застучала каблуками в сторону вахты. Там у меня чуть не разлетелись курсовые из рвущейся на глазах сумки. Но пара листов из лекций, составленных Иришкой, всё-таки издевательски нежно приземлилась в грязную лужу. Куда только смотрят уборщицы?! Устроили мне утро успешной женщины!.. Я подтянула поближе к локтю и прижала крепче свои преподавательские пожитки. Нагнулась над журналом и оставила подпись. А затем, звеня ключами, ринулась к скучающим у закрытой аудитории магистрантам.
Хоть в чём-то повезло. Если бы первая пара началась в компании второго курса, вытрясывающего из меня проверенные курсачи, мне бы потребовалась дежурная карета скорой помощи и, желательно, полиция. Хорошо, когда есть друг-полицейский, Стас… Плохо, когда они с Ирой ссорятся!
Подходя ближе к лестничной клетке, я стала невольным свидетелем быстро распространяющихся сплетен. Коридоры пустые, только мои маги могли беседовать…