Мальчик! Ну не мог ты вырасти подлиннее?!
— Парни и девушки шагают вправо! Шаг, приседание. Шаг, приседание. Получается, что вы расходитесь в разные стороны, кланяясь чужому партнёру и партнёрше. — Запутанные объяснения встретились ступором, а затем и разрастающимся в зале смехом. Иришке пришлось подозвать мальчика из чужой пары внизу сцены. — Иди-ка сюда.
Да-а, Степанов! Жаль, что не ты! Чувствую я твою зависть, как и всей очереди тупиц, рассчитывающих хотя бы заговорить с моей опытной подружкой.
Забавная появилась у молодёжи мода: бегать за разодетыми холёными преподавательницами… И всё бы ничего, если бы не пропасть в интеллектуальном развитии и жизненных приоритетах. Любой, конечно, польстит внимание, но не более…
Вспомнилось, как Иришка в среду расчувствовалась, говоря о муже.
Я зачем-то попыталась отыскать Тёмика — наверное, чтобы уличить его в ревности, — но людишек толпилось настолько много, что… я снова вскользь наблюдала, как Лекса петушится, переговариваясь с соседней с ним парочкой.
Издалека Кудрявая Башка походил на тряпичную куклу, не знающую, как унять собственные длинные руки. Но, очевидно, он считал себя крутотой. Махал ладошками, на которые нацепил клоунские гловелетты с заклёпками — у нас же бал-маскарад, — а его брошенная партнёрша ждала, когда «рокер» вдоволь искусает губы, как кокетливая девчонка, и уймётся.
Мерзость!
— Вот! — Иришка легко покрутила новым помощником, он смекнул, как нужно двигаться. — При этом правую руку кавалеры прячут за спину, кивают, а дамы изображают реверанс.
Перед студентами я ещё не кланялась…
Ряды парней и девушек сдвинулись в противоположные стороны, словно разные прослойки цветов в кубике Рубика. Я не без удивления таращилась и наспех повторяла движения.
Чёрная маска скрылась за фигурой высоченного парня, остановившегося передо мной, и только ненавистные кудри мелькали в глазах.
Раздражает… Везде он! Нужно отвлечься!
Я сосредоточилась на лице напротив и ужаснулась улыбочке вдруг нарисовавшегося Жданова… Только не этот маньячный должник!
— Отлично! Повторяем в обратную сторону. — Быстрее сваливаем! Быстрее! Безопаснее тихонько шептать проклятья на Лексу, чем заговоры от сглаза Жданова! Когда в новостях мелькают сводки про подкарауленных в подворотне преподавателей — точно про таких, как мы с ним… — Берёмся за руки. За правые! Отшагиваем полукруг на три счёта… А на оставшиеся три дама переходит к следующему партнёру. И…
Раз, два, три… Обалдеть!
Жданов!.. Я даже не успела попрощаться с коротышкой! Громила тут же сжал мою прохрустевшую ладонь, как губку, а я чуть не взвыла.
Ауч!
— Здрасьте! Кстати, когда можно прийти на следующую пересдачу?
Кстати?! Достал! Когда рак на горе свистнет, жареный петух клюнет, а я на преподавательскую зарплату наконец найму телохранителя!
— Кхм… В феврале! Не смейте появляться в сессию! И вообще-то, сейчас время разучивать танец!
Не думала, что буду оперировать настолько скверными фактами.
— Ну вот! Вы оказались в исходном положении! Теперь повторим всё сначала, под счёт! И-и… Раз…
От Жданова воняло. Силой мысли я попыталась сузить ноздри, чтобы не потерять сознание. Прищурилась. Вдруг поможет? Затем занялась судорожным вспоминанием движений, моментально улетучившихся из головы. Ещё бы! Кругом один смрад немытого садюги. Мало того, что не учит мои лекции, ещё и «благоухает», как демон! Двухметровый двухцентнеровый демон, за которым скрывался почти весь зал.
Иришка вовсю отсчитывала в микрофон. Я истерично ждала, когда смогу избавиться от Жданова — дворяне, танцующие падеграс, такой руководствовались логикой? Понюхать каждого мужика и выбрать менее вонючего? В моих интересах было быстрее запомнить танец, чтобы не тормозить конвейер девушек, лопатящий в сторону кого-то более вменяемого. Пара минут унижений. Потоптались, помахались… От слова «махач».
Спасибо этому дому, пойдём к другому…
На реверансе я заметила, что парень в красном кивал полненькой девчонке, а там, далеко-далеко, — Кудрявая Башка склонился над темноволосой малышкой. Больно знакомая фигура… Гончарова?! Моя магистрантка, подружка матершинницы Апиной! Затем круг сдвинулся в обратную сторону. Жданов задрал руку, чуть не оторвав меня, как Мэри Поппинс с зонтиком, от пола, покрутил и вытолкнул с орбиты в очередные лапища. Ну и мужлан!