ХА-ХАХ! Не так быстро, одуванчик. Интуиция подсказывала мне звонить при свидетелях.
— Набираю только. Будем надеяться, его номер не изменился. — Будем надеяться, что я до сих пор у него в чёрном списке!
Со стучащим в горле пульсом я бросила дозвон, включила громкую связь и придвинула трубу поближе к уху Александра Вадимовича. Декан притаился, боясь пошуршать бумажкой в руках, а я задрожала, как ракета перед взлётом. Но гудков, конечно же, не последовало.
Звонок увенчался булькающим звуком, похожим на сбой сети. Кажется, на моём лбу выступила испарина.
— Значит, номер теперь другой! Не дозвонимся, — пролепетала я, спешно пряча телефон в карман. Вот и славно!
Изящный обман. Я же знаю, что мой номер Савицкий заблокировал…
— Брось! Давай со стационарного! Эти ваши гаджеты сенсорные только время и показывают!
Ну всё. Я сделала всё, что могла! А теперь — МНЕ ТОЧНО КРЫШКА!
— Диктуй!
Деловой Александр Вадимович неторопливо начал цокать по нужным цифрам, кружа пальцем над кнопками. Омерзительный страх начал придушивать меня за горло. С того конца послышались хриплые машинные гудки. И…
— М-да? — недовольно раздалось в кабинете декана.
Он даже слегка опешил, покосившись на трубку. Подлый какой голосок, противный. Хотя Савицкий толком ничего и не сказал…
— Лёня, здравствуй. Лёнь… Лёнь, это Александр Вадимович, декан электротехнического факультета. Вспоминаем тебя хорошим словом здесь… Не хочешь выступить завтра у нас на балу с песней?
Наивный простодушный дедушка. Как же мне перед тобой неловко! Там, в трубке, очень тяжело дышали, и парень явно этого не стеснялся.
Я выпрямилась, желая отодвинуться от источника звуков подальше. Плавно выдохнула едкий воздух, чувствуя, как набираюсь духа и стремительно прощаюсь с сожалением.
Эта мразь не стоила того, чтобы по нему убиваться.
— Чё?.. Вы вообще… знаете? Кто я?!
Савицкий пыхтел над каждым словом, не прерываясь, чтобы мы смогли насладиться стонами его подстилки. Девушка вполне разборчиво пропищала «Мой Господин», из-за чего Александр Вадимович отодвинул от уха трубку и бестолково её покрутил, как будто увидел дулю.
Нет-нет, вы не ошиблись номером. Слушайте теперь…
— Я, блядь, не агентство праздников!.. Номер мой удали! Не думаю, что потянешь хотя бы мой райдер! Старый х…
Я торопливо дотянулась до кнопки сброса и нажала на неё раз триста. Александр Вадимович шокированно застыл, додумывая диалог с бывшим студентом.
Вот так вот…
— Говорю же, он номер сменил! Не дозвонимся! — пожала я плечами и бросила взгляд на бегущие стрелки на стене.
Уже через три часа генеральная репетиция. Почему-то стало очень легко и приятно на душе, впервые с тех пор, как Лекса исчез в зале посадки аэропорта.
Меня окутало блаженное чувство… законченности, что ли? Я ощутила прилив сил и большое желание прожить быстрее этот год. Чтобы впиться в губы Муратова жадным поцелуем и запустить руку в его озорные кудри. И никакого больше Савицкого в моей жизни! Ни единого воспоминания! Никогда!
— Да. Теперь я понял, — философски покачал декан головой. — Есть одна замечательная идея. Пускай Лизонька ваша, магистрантка, поёт одна… У неё такой хороший голос!
***
В день Х меня трясло. Я не знала, за что взяться, поэтому Александр Вадимович решил помочь мне с выбором приоритетов. Поручил накрыть в его кабинете застолье для ректората. Я понятия не имела, что ест Главнейший, снизошедший до нас с главного корпуса. А хозяйка из меня, как известно, отстой. Поэтому я купила уже нарезанную колбасу и сыр, от греха подальше, а ещё «ограбила» баночный отдел. Пришлось греметь в университете закатками из-под огурцов с помидорами, оливок и консервированного салата. Алкоголь я брать не стала, пускай Александр Вадимович делится своей коллекцией!
«На скорую руку» — так говорят хозяюшки — я чуть не обделалась маринадами, раскидала всё по тарелкам и сайгаком поскакала в актовый зал через уборную. В тёмных коридорах было трудно не наступить на чью-то пышную юбку, а под ногами хрустели блёстки. Университет превратился в огромную гримёрку перед входом в зал. Студенты кучковались возле стен и подоконников, приводя друг друга в порядок.
Пробравшись через тоннель людей в масках и роскошных одеждах, я попала в фойе. Здесь гостей бала встречали красивые подготовленные мальчики. Справлялись они довольно ответственно и совершенно автономно, без моей нервно-бесполезной помощи.
Я нырнула в зал. На сцене по моей просьбе уже расставили кресла в несколько рядов для ректората и деканата. «Знать» сможет наслаждаться представлением от «подданных» сверху вниз. Стены утопали в водопадах тюля и крупных тканевых розах, по периметру зеркал горели гирлянды. Впервые в жизни я видела политеховский парней во фраках, а не в драных штанах. По паркету стучали каблучки и шуршали юбки, а возле отремонтированного стола репетировали ведущие.