Понятно. У нас сегодня вечер обвинений.
— Успокойтесь!
Расчувствовавшаяся Ида тут же молча двинулась к сыну, но суровый Стас велел ей и двум девушкам с глазами испуганных ланей оставаться на месте. А затем мы переглянулись с полицейским, и у него беззвучно раскрылся рот.
— Вилка? — Всё внимание нашей разношёрстной толпы тут же оказалось приковано ко мне одной. — Ты что здесь делаешь?
Походу, собираю материалы для мемуаров…
— Что он украл? — неловко выдавила я.
— Э-э! Я не крал! Я подобрал! — прорычал цыган головокружительно низким голосом. — Думаете, если ромэ, то сразу украл?
Я заглянула в его одичалые чёрные, как смоль, глаза и сжалась. Ох уж эти корни… Муратов, если бы ты только знал, что здесь происходит!
Ему не поверят! Да если бы только я сама не хотела верить, зная, кто стоит передо мной, шла бы мимо и сторонилась, как и прохожие.
Санко горделиво задрал подбородок. Он походил на ободранного уличного кота, только что выскочившего из драки.
— Конечно, подобрал! Расстегнул молнию, залез во внутренний карман и подобрал! Подонок!
Боже, сделай так, чтобы этот говнюк заткнулся!
Чумазые девочки заверещали во весь голос что-то на родном. Мне казалось, так воют дикие волчата. Анна Дмитриевна ошарашенно смотрела то на меня, то на свекровь, то на потерпевшего, то на своего бывшего мужа, то на полчище его шумных дочерей, отчаянно хлюпая ртом. У Артёма будто пелена образовалась перед глазами.
А вот и Санко узнал Анну Дмитриевну. Мужчина столкнулся взглядом с её как будто онемевшим лицом и ошалело выпучил глаза. Стасу стало гораздо легче удерживать цыгана.
— На дарэнте, чаялэ! — воинственно бросила Ида и потянулась к голове самой бойкой черноволосой девочки.
Она потрепала её с силой жилистой рукой с перстнями, успокаивая не то себя, не то внучку.
— Говорите по-русски!
— Относитэс к нам, как к людям! — захрипела Ида на молоденького полицейского, пытаясь прижать вырывающуюся цыганочку.
— А вы не воруйте! — Он грубо одёрнул малышку, а та растопырила пальцы на крошечной ладошке. — Не стыдно? Руками детей? Чему вы их учите?
Стас не спускал с меня изумлённых глаз, но тут покосился на напарника:
— Притормози. Ты видел, что ли, как он кошелёк крал? Или как дети брали?
— Не видел! Но он у неё в кармане! — рыкнул парнишка.
У меня чуть не взорвалось сердце, когда полицейский бесцеремонно залез в карман юбки и вытряхнул в чёрную слякоть злополучный бумажник. Это было так унизительно, что я открыла рот, не понимая, как дальше дышать. Девочка уронила голову к груди, спрятавшись за копной волос.
— Это я ей дал! Я! — взвыл Санко, сокрушённо задирая кудрявую голову. — Он лежал под ногами!..
— И как ответственный гражданин, вы, конечно же, собирались заявить о пропаже?!
Ох...
Не знаю, когда я успела примкнуть к цыганской братии, но теперь вместе с Идой, старшими девочками и Анной Дмитриевной высверливала полицейского уничтожающим взглядом.
— А у вас что украли? — буркнул третий полицейский.
Это он маме?
— Н-ничего не украли! — Она чуть попятилась, пища сквозь дрожащий рот: — С чего вы взяли?
— Но вы же кричали, что она — воровка.
— Не-е-ет! Не-е-е-ет! Ида не воровка! — Оказывается, Анна Дмитриевна бросалась громкими словами только в чувствах, но совсем не желала свекрови зла.
Что же это была за драгоценная фотография?
— Я хочу написать заявление! — влез неунимающийся мужик с бумажником. — Везите его в участок!
Цыганки всполошились и затараторили с головокружительной скоростью. Кажется, у меня поднялось давление от душещипательного писка. Стас всё ещё держал уже обессиленного Санко, тот чуть не падал на тротуар из-за поразившей его несправедливости.
Так хотелось верить, что он действительно не вор…
Муратов! Если так выглядит фирменная актёрская игра, переданная от папки тебе по наследству, то мне пора надеть пакет на голову и провести остаток дней в одиночестве! Я не переживу такого вранья!
— Везите нас всех, — твёрдо заявила я, вытаращившись на изумлённого Стаса.
Ида благодарно вскинула руками к небесам, причитая на цыганском, Анна Дмитриевна принялась поддакивать. И лишь возле моего уха раздался жалобный шёпот:
— Виолетта Сергеевна, я просто хотел сдать практику…
Глава 27 «Материалы для мемуаров 2»
Мы приехали скопом в полицейский участок. Стас наворачивал круги возле стола дежурного, поглядывая на худощавую фигуру за решёткой. Санко не поймали с поличным, но он добровольно сознался, защищая дочь. Теперь на муже моей подруги была надета фуражка и ужасно серьёзное выражение лица.