Поднялся с кровати. Ноги коснулись холодного пола. Прошёл к окну, отодвинул штору. Город просыпался — неохотно, лениво. Внизу редкие машины скользили по мокрому асфальту.
Мысли вернулись к вчерашнему вечеру. К казино. К ней.
Екатерина Власова. Служба безопасности казино — официально. Неофициально... интересный вопрос. Слишком профессиональный взгляд. Слишком точные движения. Она явно не простой охранник.
Её глаза выдали её — на долю секунды. Когда я заговорил с ней, что-то мелькнуло. Растерянность? Интерес? Что-то личное, не связанное с работой.
Это было... неожиданно.
Я провёл рукой по лицу. Усталость накапливалась под кожей, как яд. Сколько ещё я смогу так? Менять города, имена, личности. Жить между строк собственной биографии.
Достал телефон. Открыл зашифрованный файл с информацией на Власову. Всё стандартно: бывший оперативник МВД, безупречное досье, разведена, сын. Ничего, что объяснило бы её реакцию на меня.
Но было что-то ещё. Что-то, чего не было в файлах. Какая-то уязвимость под маской профессионала.
И почему-то меня это зацепило. Я, человек, который годами отрабатывал искусство не привязываться, вдруг почувствовал... любопытство? Интерес?
Отложил телефон. Прислонился лбом к холодному стеклу. Внизу город продолжал просыпаться, равнодушный к моим мыслям.
Мне нельзя отвлекаться. У меня есть задание. Есть цель. Всё остальное — помехи.
Даже если эти помехи имеют самые красивые глаза, которые я видел за последние десять лет.
Душ не помог. Мысли о Екатерине Власовой не смывались горячей водой. Застревали где-то между рёбрами, как заноза.
Я натянул свежую рубашку, поправил запонки. Мой отражение в зеркале было идеальным — человек, которому доверяешь с первого взгляда. Александр Прокопенко, успешный инвестор. Гладкий, как отполированный камень.
Телефон завибрировал. Сообщение от Полякова: "Встречаемся в 11:00. Ресторан «Белуга»."
Андрей Поляков. Застройщик, бизнесмен, вор государственного масштаба. Человек, которого я изучал последние три месяца.
Впервые увидев его, я понял всё за секунды. Идеально сидящий костюм от итальянского портного. Часы, которые стоят как квартира в центре Москвы. Улыбка, отточенная перед зеркалом — широкая, но не затрагивающая глаз. Портфель из крокодиловой кожи — блестящий, как его репутация в определённых кругах.
Всё фальшивое. Всё — фасад.
Поляков крал из бюджета с той же лёгкостью, с какой другие дышат. Миллионы, выделенные на социальное жильё, утекали сквозь его пальцы в офшоры. А дома строились из материалов, которые разваливались через год после сдачи.
— Ничего личного, — говорил он мне за коньяком. — Система работает, если ты умеешь брать.
Как будто это его право — обкрадывать страну. Как будто это какая-то игра, где все участники согласны с правилами. Сегодня у меня встреча с Поляковым. Очередной шаг к его разоблачению.
Прижать Полякова казалось невозможным. Я изучал его досье снова и снова, искал слабое место, зацепку. Не находил. Идеальный преступник — так его называли в кулуарах.
Поляков развёлся десять лет назад. Чисто, без скандалов. Обеспечил бывшую жену недвижимостью в таком объёме, что она потеряла всякий интерес поддерживать с ним контакт. Умно. Ни детей, ни семейных уз — ничего, что могло бы стать рычагом давления.
Не пьёт, не ходит по саунам с девочками, не светится на сомнительных вечеринках. Даже его любовницы — все совершеннолетние, добровольные и щедро оплаченные. Никаких скелетов в шкафу.
Я отхлебнул остывший кофе, просматривая файлы в ноутбуке. Его финансовые схемы напоминали паутину — сложную, многослойную. Все взятки проходили через тендеры и субподрядчиков. Ничего напрямую, никаких конвертов с деньгами. Только цифры на экране, только движение средств между юридическими лицами.
— Прижать можно только одним, — пробормотал я, захлопывая ноутбук. — Уголовным делом, от которого не отмыться.
Я знал, что именно такое дело мне предстояло создать. Собрать доказательную базу, которую не разрушат даже его связи в прокуратуре. Задача казалась почти невыполнимой.
Мой телефон зазвонил. Номер с защищённой линии.
— Прокопенко.
— Доброе утро, Александр Борисович, — голос куратора звучал как обычно — без эмоций. — Как продвигается?
— Медленно. Он хорошо зачистил все следы.
— Время поджимает. Есть информация, что он готовит крупную сделку. Если она пройдёт, пострадают сотни людей.
Я поморщился. Это я знал и без напоминаний. Очередной жилой комплекс, построенный из материалов, не соответствующих нормам безопасности. Очередная катастрофа, ждущая своего часа.