Расплачиваясь на кассе, я поймала взгляд продавщицы — понимающий, с лёгкой завистью.
— У вас важное свидание?
Я кивнула, не вдаваясь в подробности. Она аккуратно упаковала платье в тонкую бумагу, а затем в фирменный пакет.
— Он счастливчик, — сказала она, протягивая мне покупку.
Выходя из магазина, я почувствовала лёгкое головокружение. Не от усталости — от предвкушения. Будто часть меня, долго спавшая под снегами профессиональной отстранённости, начинала оттаивать. Моя сила никуда не делась — она просто обретала новое измерение.
Я остановилась перед зеркалом в прихожей, чувствуя себя почти чужой в собственной квартире. Из отражения на меня смотрела незнакомка — стройная, с мягкими волнами тёмных волос, в элегантном бордовом платье, подчёркивающем каждый изгиб. Туфли на каблуках добавляли роста и странной, почти забытой уверенности. Эта женщина выглядела готовой к чему-то новому.
Но внутри, под этой оболочкой, холодной змейкой скользнула тревога. А что, если всё это — тщательно спланированная игра? Что, если Саша просто использует меня, чтобы получить информацию? Или, хуже того — это ловушка, и сегодняшний вечер закончится провалом всей операции?
Я провела ладонью по волосам, отгоняя навязчивые мысли. Профессиональная паранойя — старый друг, который часто спасал мою жизнь, но иногда мешал просто жить.
— Соберись, Власова, — пробормотала я своему отражению. — Это всего лишь ужин.
Глубокий вдох. Выдох. Ещё один вдох.
Память услужливо подсунула картинку из прошлого: я, с автоматом наперевес, в бронежилете, готовлюсь войти в квартиру, где могут находиться вооружённые преступники. Сердце колотилось, адреналин зашкаливал, но руки оставались твёрдыми. Я знала, что делать. Я была на своём месте.
И тут меня внезапно пробрал смех. Господи, неужели я действительно сравниваю свидание с задержанием особо опасных? Неужели настолько разучилась быть просто женщиной, что даже ужин в ресторане воспринимаю как спецоперацию?
Усмешка постепенно превратилась в мягкую улыбку. Может, в этом и есть моя сила — я умею справляться с самыми сложными ситуациями. А свидание с мужчиной, даже таким загадочным, как Александр Прокопенко, точно не страшнее, чем входить в логово вооружённых бандитов.
Я поправила воротник пальто, взяла сумочку — непривычно маленькую по сравнению с моей обычной рабочей — и проверила содержимое. Ключи, телефон, помада, немного наличных. Никакого оружия, никаких спецсредств. Сегодня я — просто Катя. Женщина, которая идёт на свидание.
— Значит, я готова, — прошептала я, в последний раз глядя на своё отражение.
Телефон вибрирует, выводя меня из задумчивости. Сообщение от Саши: «Выезжаю. Через 20 минут буду».
Мои пальцы быстро набирают ответ: «Я готова». Отправляю и тут же понимаю — это не совсем правда. Не физически, не эмоционально.
Бросаюсь к зеркалу, критически осматривая себя. Тушь на правом глазу легла не так ровно, как хотелось бы. Несколько штрихов кисточкой — и вот уже взгляд стал глубже, выразительнее. Провожу пальцами по волосам, поправляя выбившуюся прядь. Всё должно быть идеально.
Достаю свою повседневную сумку — большую, практичную, с множеством отделений для всего, что может понадобиться. Рядом на комоде лежит маленький бордовый клатч, купленный сегодня под платье. Между ними — пропасть. Как между двумя моими жизнями.
Начинаю перекладывать вещи. Помада — да. Телефон — обязательно. Немного наличных — на всякий случай. Пудреница с зеркальцем — когда я в последний раз ею пользовалась? Ключи от квартиры звякают, падая на дно клатча.
Застёгиваю клатч и глубоко вдыхаю. Эти мелочи — перекладывание вещей, последние штрихи макияжа, выбор аксессуаров — превращаются в особый ритуал. Ритуал, который делает меня не функцией, не должностью, а женщиной. Живой, настоящей, с бьющимся сердцем и дрожащими пальцами.
Я ловлю себя на мысли, что давно не испытывала такого волнения — сладкого, томительного, полного предвкушения. Оно растекается по телу, заставляя кровь бежать быстрее.
Из зеркала на меня смотрит женщина с лёгким румянцем на щеках и затаённым блеском в глазах. Женщина, которая хочет быть увиденной.
Я спустилась по лестнице, чувствуя странное волнение в кончиках пальцев. Мой каблук дрогнул на последней ступеньке, и я инстинктивно выровняла равновесие. Вечерний воздух коснулся открытых участков кожи, принося с собой прохладу и запах приближающейся весны.
Чёрная БМВ плавно притормозила у подъезда, словно хищник, бесшумно скользящий в ночи. Стекло опустилось, и я увидела профиль Саши — чёткий, сосредоточенный. Он заметил меня, и что-то неуловимо изменилось в его лице — напряжение сменилось мягкостью, которую он не стал скрывать.