Метрдотель провёл нас через зал, где каждый столик был отделён от других живыми растениями, создавая иллюзию уединения в саду. Я ощущала на себе взгляды других посетителей — любопытные, оценивающие, привычные для красивой женщины в элегантном платье. Но эти взгляды скользили по поверхности, не задевая. Важным был только один — тот, что согревал мою спину, когда Саша шёл чуть позади.
Наш столик оказался в нише у окна, с видом на внутренний двор, где между старыми деревьями мерцали гирлянды. Саша отодвинул для меня стул — простой жест, но в нём чувствовалась не наигранная галантность, а искреннее внимание.
— Я позволил себе заказать вина заранее, — сказал он, когда мы сели. — Надеюсь, ты не против сюрпризов.
В его глазах плясали отблески свечи, стоявшей между нами. Эта маленькая деталь — свеча вместо привычного электрического освещения — создавала особую атмосферу интимности, будто мы переместились в другое измерение. Измерение, где нет оперативных сводок, подозрений, постоянной необходимости анализировать каждое слово и жест.
— Люблю сюрпризы, — ответила я, и собственный голос показался мне незнакомым — мягким, с нотками той женственности, которую я обычно прятала под профессиональной бронёй.
Официант принёс бутылку вина и два бокала. Саша жестом попросил его открыть бутылку, но наполнить бокалы решил сам. Его движения были уверенными и точными — он наливал вино, не отрывая от меня взгляда, словно это действие было частью разговора между нами.
— За встречу, — произнёс он, поднимая бокал.
— За встречу, — эхом отозвалась я, чувствуя, как внутри растекается тепло, не имеющее ничего общего с вином.
Наши бокалы соприкоснулись с чистым, хрустальным звуком. Я сделала глоток, наблюдая за ним поверх края бокала. Он не отводил взгляда, и в его глазах я видела не оценку, не расчёт, а простое, почти мальчишеское удовольствие от моего присутствия.
Что-то происходило со мной — словно стены, которые я так тщательно строила годами, медленно таяли. Я не была охранником, не была оперативником. Я была просто женщиной на свидании с мужчиной, который смотрел на меня так, будто я была единственным цветом в чёрно-белом мире.
И впервые за долгое время я не искала роль, не выстраивала стратегию. Я просто была.
Глава 10. Саша
Я следил за тем, как Катя подносит бокал к губам. Её движения — сдержанные, но при этом невероятно женственные. Первый глоток она сделала осторожно, словно пробуя почву под ногами. Затем её брови слегка приподнялись, а в глазах мелькнуло удивление.
— Это... необычно, — произнесла она, вновь поднося бокал к губам. — Сладковатое, но с каким-то интересным послевкусием.
Я улыбнулся, наблюдая за её реакцией. Большинство людей не замечают нюансов вкуса, но она почувствовала.
— Это «Массандра», — ответил я, проводя пальцем по ножке своего бокала. — Мускат из Крыма.
— Никогда о таком не слышала, — призналась Катя, и в её голосе не было ни капли притворства.
— Это не то вино, которое встретишь в обычных магазинах. Его делают в небольших количествах, — я сделал глоток, наслаждаясь богатым вкусом. — Мне нравится «Белый сад» именно за это — они не гонятся за модными этикетками, а ищут что-то особенное.
Она внимательно посмотрела на меня, словно пытаясь прочесть между строк.
— Как и ты?
Вопрос застал меня врасплох. Прямой, без намёков и уловок. Я мог бы ответить шуткой, мог бы перевести разговор, но почему-то захотелось быть честным.
— Наверное. Слишком долго жил среди поддельных улыбок и дежурных комплиментов. Начинаешь ценить настоящее.
Она кивнула, будто понимая каждое невысказанное слово. В этом жесте было больше искренности, чем во всех светских беседах, которые я вёл за последние годы.
Ресторан вокруг нас дышал изысканностью — мягкий свет, живые растения между столиками, приглушённая музыка. Но я замечал только Катю. Бордовое платье подчёркивало её фигуру, не выставляя напоказ. Волосы, обычно собранные в строгий хвост, сегодня спадали мягкими волнами, обрамляя лицо. А глаза... в них больше не было той профессиональной настороженности, которую я видел раньше.
— Ты выбрал красивое место, — произнесла она, оглядываясь. — Не кричащее, но со вкусом.
— Как и твоё платье, — ответил я, не успев подумать.
Катя улыбнулась — открыто, без защитных барьеров.
— Неужели знаменитый Александр Прокопенко может быть смущён?
— Только когда передо мной женщина, которая видит дальше фасада.