Проснулась она ранним утром от звуков сирены. Она быстро переоделась и спустилась вниз. Перед поместьем стояли полицейская машина и карета скорой помощи. Мама сидела за столом и о чём-то говорила с полицейским. Скорая выключила проблесковый маячок и уехала. Вскоре уехала и полиция. Бетти после этого вышла из дома и подошла к матери. Та плакала за столом.
— Что случилось? — спросила Бетти.
Она вспомнила, что тётя хотела вызвать утром полицию. И судя по скорой, крёстного или его тело нашли…
— Мы с Ниной спустились к рыбацкому мосту, хотели ещё раз всё осмотреть… И она вдруг подскользнулась… Это произошло так быстро, она упала и расколола голову об камень.
Бетти даже чуть сама не упала от такой новости.
— Она выжила?
— Нет, она умерла моментально, — сказав это, Дженна зарыдала.
«Умерла или ты её убила?» — со злостью подумала Бет. Она не верила этим крокодильим слезам матери, за что чувствовала укол вины.
— Всё будет хорошо, — выдавила из себя Бетти и с усилием обняла мать.
Теперь она точно была уверена, что её мама, скорее всего, являлась убийцей. Дженна убила крёстного, а затем убила и Нину, потому что та задавала много вопросов.
Вдруг Бетти увидела движение за забором. Там стоял старый мужчина с тростью. Это был их сосед. Он стоял почти у самого забора и смотрел на Бетти и Дженну. Потом его трость взмыла в воздух и снова приземлилась на землю. Мужчина уходил всё дальше, возвращаясь к своему участку. «Видимо, он давно тут живёт», — пронеслось в голове Бет, и на неё напало дикое желание переговорить со старцем.
Фотография
Александр Васильевич жил здесь ещё до того, как сюда переехала семья Бетти. Молодой девушке всегда казалось, что этому старику лет больше, чем их дому, он точно знал историю сего особняка. Ради приличия девушка осталась с матерью до приезда отца. Она не хотела показывать Дженне, что подозревает её в недавних преступлениях.
Когда приехал отец, Бетти незаметно улизнула из дома. Она сделала небольшой крюк, чтобы её никто не увидел, и двинулась к Александру Васильевичу. Подойдя к его участку, она сразу обнаружила его сидящим на скамейке перед домом и точащим мотыгу о точильный камень. Бет окликнула старика, тот сразу поднял голову и с удивлением посмотрел на гостью. Отложив инструменты в сторону, он взял свою трость в руку и медленно направился к калитке. На его седой голове была коричневая ковбойская шляпа, которая невероятно подходила к его старой трости.
— Что привело сюда такую юную леди? — спросил он.
— В последнее время творится что-то очень странное. Я подумала, что раз вы так долго тут живёте, то можете что-то знать об этом.
Старичок изменился в лице.
— Я уже старый, мало ли какие глупости могу сказать.
— Я видела вас сегодня у нашего участка. Вы явно были обеспокоены.
— Ну заходи, — сказал он и открыл калитку.
Вместе они прошли в дом. Старик угостил девушку печеньем с чаем и начал свою историю:
— Я живу тут ещё с одна тыща девядисот пятидесятого года, а до этого жил в другой деревне. Здесь тогда стояло всего два дома: наш, да ещё одной небольшой семьи, у которой старый дом во время войны сгорел. И было здесь кладбище. Другая семья здесь жила ещё с конца Великой Отечественной и рассказывала, что часто сюда безымянные трупы возили. Мне лет десять было, когда я впервые залез на то кладбище. Могилы там были заросшие все, некоторые были огорожены, ещё несколько могил имели надгробные плиты, на многих стояли кресты. Но кресты эти были странные. Сначала я не понимал, в чём дело, но потом понял, что они все были перевёрнуты. Родители у меня были православные, и я, конечно, в Бога верил, но не настолько, чтобы молиться… Но вот вид перевёрнутых крестов почему-то мне совсем не нравился, неприятно было как-то.
Через пару лет на месте кладбища какой-то влиятельный мужик решил построить участок свой. А признаться честно, с этого кладбища открывался прекрасный вид на реку, да и было оно огорожено деревьями так, что никакой ветер туда не проникал. Ну, в общем, построили там красивейший особняк, и жили там какой-то граф, его супруга и пятеро детей. В это время как раз построили тут ещё с десяток домов и сделали из этого места посёлок. И начали вдруг люди дохнуть. Тем более, не простой смертью они умирали, а перед этим убивали семьи свои. И случалось это обычно после того, как люди к графу в гости ходили. Были тут серьёзные разбирательства, и начали ходить разные слухи, мол, проклята та семья за то, что дом на кладбище возвела. Потом дети, все пятеро из той семьи, начали носить маски, и после этого смерти прекратились.