Улыбка Венделя превратилась в ухмылку.
— Едва успел.
Старший сын виноградаря выбрался из зарослей.
— Я не хотел… — всхлипнул он.
В тот же миг до них дохромал его отец.
— Ты ранен? — спросил Вендель.
— Всего лишь пара царапин. Главное, с моими сорванцами все в порядке. — Он заключил сыновей в объятия. Кровь из ранки малыша запачкала ему котту. — Ох, разбойники, влетит вам от меня. — И мужчина, не сдержавшись, расплакался.
Мелисанда сомневалась, что он выполнит свою угрозу. Наконец виноградарь взял себя в руки, вытер слезы и посмотрел на старшего сына.
— Я не хотел… — бормотал малыш. — Пожалуйста, пап, я же не знал…
— Об этом мы поговорим позже. — Отец смерил его суровым взглядом. — А сейчас мы отправимся в церковь и возблагодарим Господа за то, что он не призвал вас, разгильдяев, к себе. — Повернувшись к Венделю, он опустился на колени. — Как мне отблагодарить вас, господин?
Вендель поднял его на ноги.
— Будь справедлив к своим сыновьям, вот и все, о чем я тебя прошу.
Виноградарь поклонился.
— Непременно, господин. Спасибо вам.
Похоже, Венделю была неприятна поднявшаяся из-за его поступка суматоха. Отовсюду набежали работники виноградника, видевшие, что случилось. Кто-то принес чистый платок, и Мелисанда перевязала мальчику голову. Телегу вытащили из-под обрыва — он оказался не очень высоким, — поставили на место и наполнили корзинами с виноградом.
Чуть позже Вендель, Антоний и Мелисанда поехали обратно в дом Фюгеров. Они еще не до конца оправились от испуга, но Вендель, казалось, расправил плечи и вел себя увереннее. Что-то в его осанке изменилось. Мелисанда догадывалась, что послужило тому причиной: сегодня Вендель одолел своего внутреннего демона.
Вендель не знал, от чего опьянел — от вина или от радости. А может, и от того, и от другого. Вчера он проведал малыша, которому спас жизнь. Мастер-хирург осмотрел рану, заявил, что все в порядке, и сделал маленькому пациенту кровопускание. Малыш сидел в кровати и рассказывал каждому, кто готов был его выслушать, о своем невероятном приключении. Его старшего брата наказали, но не очень строго — отец мальчиков прислушался к совету Венделя. К тому же крестьянин был счастлив, что все обошлось. Даже виноград, вывалившийся из телеги, оказался пригоден к употреблению.
Время пролетело на удивление быстро. Сейчас Вендель сидел с Мертеном во дворе на поленнице, перед ними стояла лампада, кружка вина и два кубка. Вендель уже давно не чувствовал себя так хорошо. Он рассказал Мертену о своей младшей сестренке Элизабете, чью смерть он не смог предотвратить, о панике, которую испытывал при виде крови. О том, как он рад, что преодолел наконец этот страх. Молчаливый юноша внимательно его слушал, время от времени задавая вопросы. Вендель вот уже в который раз удивился его хриплому голосу. Он и сам не знал, почему так доверяет этому Мертену де Вильмсу, совершенно чужому, в общем-то, человеку. Но с первого же момента знакомства перед трактиром Вендель почувствовал некую связь с этим человеком. Родство. Будто они знали друг друга всю жизнь.
Какое-то время они сидели молча, прислушиваясь к шуму, доносившемуся из таверны и из переулка. Трактирщик открыл дверь, и Вендель увидел большую бочку за прилавком. И вдруг в его сознании возник другой образ — воспоминание о винном погребе в Адлербурге, о маленькой комнатке за длинным рядом бочек.
Парень выпрямился.
— Я кое-что вспомнил.
— Что именно? — Мертен отхлебнул вина.
— Винный погреб. Я вспомнил…
Мертен изумленно уставился на него.
— Ты имеешь в виду винный погреб де Брюса? И что ты вспомнил?
— В конце зала с бочками есть маленькая комната, — начал Вендель, пытаясь как можно точнее описать свое воспоминание. — В центре стоит стол. На стене — факел.
— Ты в комнате один или кто-то еще есть рядом с тобой?
— По-моему, я один. Я спустился в погреб, потому что дверь была открыта. Наверное, я искал де Брюса. Или мне просто стало любопытно, не знаю.
— Что еще есть в комнате, кроме стола и факела?
— На стене висит полка. На ней стоят колбы разного размера.
— Что за колбы?
— Не знаю. Они закрыты.
— Ты не заглянул в них?
— Нет. — Вендель задумался. — Или заглянул? Одна колба стоит на столе. В ней оранжевый порошок.
Венделя бросило в жар. Святая Богородица! Он догадался, что это за порошок!
— Я все понял! — Он почти кричал.
— И что это?
— Свинцовый глет! — Вендель стукнул кулаком по ладони.
— Глет? Краситель? — удивленно переспросил Мертен. — Зачем де Брюсу красители в винном погребе? Это бессмысленно.