Вблизи она разглядела какую-то отметину, не совсем скрытую краской. Его круглая форма наводила на мысль о какой-то нуминатрийской татуировке, но она не могла разобрать деталей, если бы не пристальный взгляд.
Если она не найдет что-нибудь другое, на чем можно сосредоточиться, то опозорится. Она подняла глаза и встретилась с его взглядом. "Люди говорят, что я перевернул Надежру на уши, но вы, похоже, намерены повернуть ее так, чтобы никто не знал, в какую сторону".
"Учитывая этот костюм, я думаю, какой бы Каюс ни выбрал меня сегодня, он будет вверху, а я внизу". Усмешка Варго говорила о том, что это не просто метафора. И все же блеск презрения в его глазах мог принадлежать и той самой куртизанке, чье обличье он носил. "Разве не всегда так бывает с Надежраном?"
"Вам лучше знать, чем мне".
Значит, его прагматизм распространялся и на него самого. Ей стало интересно, что и от кого он надеется получить сегодня вечером. Деросси Варго не просто хотел урвать себе богатство и статус на задворках нынешней городской власти; он хотел сломать те структуры, которые мешали ему достичь своих целей. И для этого он использовал все имеющиеся в его распоряжении средства — в том числе и собственное тело.
У Рен были пределы. У Варго, похоже, их не было. Это немного охлаждало ее, но в то же время вызывало странное чувство товарищества: не такие уж они и разные, эти двое.
Варго молчал, пока темп и время музыки не изменились, означая начало следующего танца. Затем он вывел их, остановившись рядом с молодым и очень мускулистым Кайусом, в котором она узнала Фадрина Акреникса. Однако Акреникс не смотрел на нее; его внимание было полностью приковано к Варго.
"Думаю, на этом мы расстаемся на сегодня", — сказал Варго со слабой улыбкой.
Легкость, с которой он опустил ее руку и взял руку Фадрина, вызвала дрожь по позвоночнику Ренаты, которая не покидала ее, пока она удалялась, не имея больше настроения танцевать.
На краю площади стояли длинные столы с напитками и едой, и за одним из них она увидела знакомый медный плащ, расшитый трехцветными узорами. Рената прижала руку к груди, где под платьем прятался медальон Акреникса. Трикат — Трикату: Конечно, это принесет пользу.
Конечно, Донайя, казалось, была рада ее видеть, когда Рената подошла к ней. "Наслаждаешься праздником, дорогая?" — спросила она с улыбкой.
"Маски восхитительны. Как и куклы", — сказала Рената. Сегодня здесь были представлены все животные рода Врасценов: парящая над головой сова-призрак Аношкина, лошадь Мешароса, величественно шествующая по площади, паук Варади, крыса Стрецко, лиса Дворника, енот Кирали и, конечно же, Ткач Снов, эмблема мертвых Ижрани. Такие выставки были обычным явлением в городе, но она была удивлена, обнаружив их здесь, в самом сердце власти Лиганти.
Она внутренне застонала, когда к ней приблизился еще один рук, но это переросло в приступ кашля, когда она поняла, что человек под капюшоном — не кто иной, как Леато.
"Я надеялся, что ты потеряешь дар речи, но не таким образом". Леато заговорил своим обычным тенором. Покрой его костюма был достаточно похож на костюм Рука, чтобы его можно было сразу узнать, но рассеянные блестки ловили свет нуминатрийских ламп, как звезды на бархатно-черном поле. Тени, отбрасываемые капюшоном, были ничем не примечательны; линия челюсти и изгиб улыбки явно принадлежали ему, а не какому-то волшебно замаскированному незнакомцу.
И все же она невольно сравнивала его с тем мужчиной, с которым стояла рядом в кабинете Метторе. Правильный ли у Леато рост? А ширина его плеч? В соответствии с репутацией Рука, он должен был проделать такой трюк, появиться в Ночь колоколов в театральной версии своей собственной маскировки.
Леато протянул ей фужер с сидром. "Хотя я понимаю иронию, когда предлагаю выпить самой реке. Дай мне знать, если хочешь, чтобы я похлопал тебя по спине — похоже, ты в этом нуждаешься".
"Леато!" Донайя скинула с его головы капюшон, обнажив золотистые, тщательно уложенные волосы. "О чем ты думаешь, когда так одеваешься? Ты собираешься снова затеять драку с Меззаном Индестором?"
Он прижал руку к груди, как будто был глубоко оскорблен. "Мама, отдай мне должное. Конечно, я не хочу с ним ссориться". Он подмигнул Ренате. "Я надеюсь, что он будет драться со мной".