Рен отступила назад и прижалась к стене, чтобы укрыться, хотя та кишмя кишела слепнями и речными жуками. Как только она обогнула угол, она начала ускоряться, пытаясь сократить расстояние между собой и тем, что делал Варго.
Она пожертвовала осторожностью ради скорости и поплатилась за это.
Руки толкнули ее в плечи сзади в тот самый момент, когда удар ногой выбил из-под нее ноги. Рен упала, заскользив по грязи, и выдохнула весь ветер из легких. Человек над ней был лишь силуэтом, его вес упал на нее прежде, чем она успела достать нож, прижав запястья и зажав ноги. Рен закричала бы, если бы думала, что это поможет.
Мужчина прорычал: "Ну, что ты, черт возьми…".
Она приподнялась всем телом, пытаясь, используя дорожную слизь, вывернуться из-под него. Шарф упал с ее головы, и хватка мужчины ослабла.
Это был шанс, который она не могла упустить. Ее локоть врезался ему в горло через полминуты после того, как он сказал: "Рен?".
Он упал, задыхаясь. Рен была уже на ногах и в трех шагах от него, прежде чем до нее дошел смысл сказанного. Ее имя. Он сказал ее имя.
Не Рената. Не Аренза. Рен.
Вопреки здравому смыслу она обернулась.
Он лежал на заднице в грязи, и хотя переулок был узким, медно-зеленого лунного света Паумиллиса хватало, чтобы разглядеть его черты. Темные волосы, кожа не совсем лигантийской бледности, не раз сломанный нос, шрамы, рассекающие щеки и губы.
Но он узнал ее по гриму, а она его — по шрамам.
Рен прошептал: "Седж?"
"Рен". Удивление стерло годы с его лица, сделав его снова молодым — таким молодым, каким он никогда не был. На лежбищах он был большим для мальчишки, долговязым и грубым. Изящество, которое он приобрел по мере взросления, теперь покинуло его. Пошатываясь, он поднялся на ноги, не сводя с нее глаз. "Как… Я посмотрел… Они сказали, что ты…"
Ушла. Они с Тесс ушли — потому что Седж был мертв. Рен видела его тело, изломанное и неподвижное в полусухом канале, куда его бросила Ондракья. Она никогда бы не оставила его — если бы знала.
Горло сжалось, как будто это ее ударили. Седж сделал полшага к ней, затем оглянулся через плечо.
"Черт!" Он схватил ее за плечи, развернул и толкнул на тропинку, по которой она бежала. "Уходи отсюда. Не попадайся на глаза. Если Варго услышит…" Седж оставил эту угрозу без внимания. Его хватка скользнула вниз, к внутренней стороне ее запястья. Манжет рукава прикрывал линию, потускневшую, но так и не исчезнувшую — один из немногих физических шрамов, которые у нее были. Его большой палец провел по этому месту, и она подумала, сможет ли она найти такой же шрам среди следов на его руках. "Я найду тебя у норы, как только…"
Эхо ботинок и голосов за углом прорвало остатки нежности. Его лицо ожесточилось и нахмурилось. "Иди."
Седж. Живой. Долгие годы он был ее братом, другом, защитой, и когда он сказал "уходи", она ушла.
Рен ушла.
Лейсвотер, Старый остров: Суйлун 24
Ей снова было четырнадцать лет, она куталась в грязную шаль и ютилась в скудном убежище в углубленном окне подвала на южной стороне Трикатиума в Лейсвотере. Неважно, что за пять лет пребывания в Ганллехе она стала выше ростом, так что на прежнем месте не очень-то помещалась, а Седж никак не мог протиснуться к ней. Туман остыл до ледяного, она теряла чувствительность пальцев, а Седж был жив. Словно и не было этих пяти лет.
Ему лучше было не подкрадываться к ней снова. Она видела, как он перевалился через подпорную стену храма, опустившись тише, чем позволяли его размеры. Ондракья была права, опасаясь, что произойдет, если Седж поймет, что он достаточно велик, чтобы защищаться. Но все они так привыкли трепетать перед ее гневом, унижаться, скрестись и принимать наказание, что восстание казалось немыслимым.
Иногда Рен удавалось смягчить ее гнев. Седж защищал ее и Тесс своими кулаками, она защищала его и Тесс своим разумом. А Тесс заботилась о них обоих.
Седж взглянул на втиснутую в пространство Рен, вздохнул и протянул руку, чтобы помочь ей подняться. "Мне нужно пиво для этого. В " У Коппера" в этот час должно быть тихо, а у Варго там нет глаз".
Сквозь ладонь и свет ламп над портиком храма она разглядела шрам на внутренней стороне его запястья. Седж специально показал ей этот шрам, зная, насколько она подозрительна. Это действительно был он: ее родной брат, вторая половина ее семьи.
Рен вцепилась в его предплечье, шрам к шраму, и позволила ему поднять ее на ноги.
Ресторан "У Коппера" представлял собой обшарпанную усадьбу, втиснутую в пятисторонний перекресток. Войти внутрь было достаточно просто, но выходящим приходилось быть осторожными, иначе их перепахивало проезжающим транспортом. Внимание Седжа было настолько сосредоточено на Рен, что он чуть не сбил с ног пожилую женщину, которая выходила, когда они входили. Дверь захлопнулась под ее проклятия.